Где торгуют криптовалютами с плечом и как это происходит

Рейтинг честных брокеров бинарных опционов за 2020 год:
  • Бинариум
    Бинариум

    Лидер на рынке! Надежный брокер бинарных опционов, идеальный для новичков! Даёт большой бонус за регистрацию:

LiveInternetLiveInternet

Метки

Рубрики

  • Египет, Пирамиды, Атлантида (27)
  • Видео (25)
  • Живопись (17)
  • Мудрость, духовное пробуждение (14)
  • Анимации (12)
  • Пси-практики (10)
  • Развивающие фильмы (0)

Цитатник

Наставления по восхождению на горные вершины Выберите подходящую горную вершину. П.

Древнеегипетская архитектура 100 лет назад и сейчас Сравнение старых и новых фотогра.

Julia Watkins \ Энергетические картины ЛУННАЯ ТАНЦОВЩИЦА Энергетическая картина «Moon.

Материал взят, в основном, из ченнелингов Архангела Метатрона через Джеймса Тиберонна. Компоновка.

Фотографии из первых экспедиций в Египет. Ретро фото. Египет в 1849 году. Туристов там пока не.

Ссылки

Музыка

Поиск по дневнику

Подписка по e-mail

Выбрана рубрика Мудрость, духовное пробуждение.

  • 1 Запись понравилась
  • 0 Процитировали
  • 0 Сохранили
    • 0Добавить в цитатник
    • 0Сохранить в ссылки

    О тесной связи Любви и Смерти.

    Дневник

    Понедельник, 23 Июня 2020 г. 20:49 + в цитатник

    Кларисса Пинкола Эстес.

    Глава из книги «Бегущая с волками».

    Рейтинг русскоязычных брокеров бинарных опционов 2020:
    • Бинариум
      Бинариум

      Лидер на рынке! Надежный брокер бинарных опционов, идеальный для новичков! Даёт большой бонус за регистрацию:

    КОГДА СЕРДЦЕ – ОДИНОКИЙ ОХОТНИК.

    Женщина-Скелет: лицом к лицу с природой любви –
    Жизнью-Смертью-Жизнью

    Природа Жизни-Смерти-Жизни – это цикл рождения, развития, упадка и смерти, за которой всегда следует новое рождение. Этот цикл влияет на всю материальную жизнь и на все грани жизни психологической.

    В мудрых сказках любовь редко бывает романтической встречей двух влюбленных. Например, в некоторых сказках народов Крайнего Севера любовь изображается как союз двоих, чья объединенная сила позволяет одному или обоим войти в контакт с миром души и стать участником судьбы как танца с жизнью и смертью.

    История, которую я собираюсь вам поведать, – это охотничья сказка о любви. Ее сложили на ледяном севере. Чтобы понять эту сказку, нужно учесть, что там, в одном из самых суровых мест на земле, в охотничьем племени, живущем в тяжелейших условиях, любовь означала не флирт или погоню за простыми радостями эго, а зримую связь, сплетенную из прочных и долговечных жил, – союз, который выдерживает периоды изобилия и лишений, самые трудные и самые легкие дни и ночи. Сам по себе союз двух существ рассматривается как шаманская магия, как связь, благодаря которой оба обретают подлинные силы.

    Но такой союз выдвигает свои требования. Чтобы создать столь долговечную любовь, один из двоих приглашает третьего участника. Я зову его «Женщина-Скелет». Ее можно назвать и Госпожой Смертью, и в этом качестве она выступает как образ Жизни-Смерти-Жизни, одно из множества ее обличий. В этой своей ипостаси Госпожа Смерть не напасть, а божество.

    Чтобы любовь была долговечной, оба любящих должны допустить в свой союз Женщину-Скелет и заключить ее в объятия.

    ЖЕНЩИНА-СКЕЛЕТ.

    Она совершила что-то такое, от чего ее отец разгневался. В чем именно она провинилась, никто уже не помнит, только отец притащил ее на берег моря и сбросил со скалы вниз. Рыбы обглодали ее плоть и выели глаза. Остался скелет, который подводные течения перекатывали по дну.

    Однажды рыбак отправился ловить рыбу. Надо сказать, что многие в свое время наведывались в этот залив, но наш рыбак уплыл далеко от родного дома и не знал, что местные рыбаки стараются держаться отсюда подальше, потому что здесь водится нечистая сила.

    И надо же было случиться, чтобы крючок, заброшенный рыбаком, зацепился как раз за ребро Женщины-Скелета. «Должно быть, на этот раз попалась большая рыба, – подумал рыбак. – Наконец-то!» В мыслях он уже прикидывал, сколько людей удастся накормить такой огромной рыбой, насколько ее хватит, как долго он сможет отдыхать от своих обязанностей добытчика. Рыбак боролся с тяжелым грузом, висевшим на крючке, а морская вода кипела и пенилась, лодка-каяк подпрыгивала и дрожала, потому что та, что лежала на дне, пыталась освободиться. Но чем больше она боролась, тем больше запутывалась в леске. Несмотря на все свои усилия, она неудержимо приближалась к поверхности, влекомая зацепившейся за ребра леской.

    Рыбак как раз пытался поддеть добычу сачком и поэтому не видел, как из воды показался голый череп, не видел поблескивающие в глазницах кораллы, не видел ракушки, облепившие желтые зубы. Потом он обернулся, держа в руках сачок, и тут увидел Женщину-Скелет во всей красе: она свисала с носа каяка, вцепившись в него длинными передними зубами.

    «А-а-а! – вскрикнул бедняга, и от ужаса сердце у него ушло в пятки, глаза полезли на лоб, а уши запылали огнем. – А-а-а!» – завопил он и сбил ее с каяка веслом, а потом стал грести к берегу, как угорелый. От страха он не сообразил, что скелет попался на его удочку, и совсем перепугался, когда увидел, что ужасный призрак следует за ним к берегу. Куда он ни направлял свою лодку, Женщина-Скелет не отставала; ее дыхание собиралось над водой клубами пара, а руки тянулись к нему, будто желая схватить и утащить на дно.

    «А-а-а-а-а!» – закричал он, добравшись до берега. Одним прыжком он выскочил из каяка и, сжимая в руке удочку, бросился наутек. А кораллово-белый скелет, все еще обвитый леской, лязгая, запрыгал вслед за ним. Он на скалы – Женщина-Скелет за ним. Он через ледяную тундру – она следом. Он пробежал по мясу, разложенному для просушки, и разметал его в клочья своими сапогами-муклуками.

    Неотступно следуя за ним по пятам, Женщина-Скелет подхватила несколько мороженых рыбин и стала жевать: ведь у нее во рту так давно не было ни крошки. Наконец рыбак добрался до своей снежной хижины, иглу, нырнул в лаз и на четвереньках прополз внутрь. Он лежал во тьме, задыхаясь и всхлипывая, а сердце стучало как бубен – самый гулкий бубен. Наконец-то он в безопасности, в полной безопасности, да, в безопасности! Слава богам, слава Ворону и изобильной Седне. наконец-то. он. в безопасности.

    Он зажег коптилку, и – о, ужас! – на снежном полу ворохом костей лежала она: пятка зацепилась за плечо, колено застряло между ребрами, нога закинута за локоть. Потом он не мог сказать, что это было: может быть, свет смягчил ее черты или все дело в том, что он был одинок. Только в сердце его зажглась искра доброты, он медленно протянул почерневшие от сажи руки и, что-то ласково приговаривая, как мать, утешающая ребенка, принялся распутывать рыболовную леску.

    «Вот так, вот так, – сначала он освободил пальцы ног, потом лодыжки. – Вот так, вот так». Он трудился всю ночь и под конец закутал ее в меха, чтобы согреть. Теперь все кости Женщины-Скелета были на своих местах, как положено у человека.

    Он достал кремень и, отрезав часть своих волос, развел маленький костер. Время от времени, смазывая жиром драгоценное дерево своей удочки и сматывая леску из жил, он поглядывал на нее. А она, закутанная в меха, не говорила ни слова – не смела, – чтобы рыбак не вытащил ее из хижины, не сбросил со скал, не разбил ее кости.

    Рыбак стал клевать носом, забрался под меховые одеяла и скоро уснул. Бывает, что, когда человек спит, у него из глаза выкатывается слезинка. Никому не ведомо, какой именно сон бывает тому причиной, но мы знаем, что этот сон навеян печалью или тоской. Так случилось и на этот раз.

    Женщина-Скелет увидела, как в свете коптилки блеснула слеза, и вдруг ей ужасно захотелось пить. Позвякивая костями, она подползла к спящему и приникла к слезинке ртом. Эта одна-единственная слеза была как река, и она все пила и пила, пока не утолила свою многолетнюю жажду.

    Потом она легла рядом с рыбаком, проникла в него и вынула его сердце, гулкий бубен. Села и стала бить в него с обеих сторон: Бом-бомм! Бом-бомм!

    И под этот ритм бубна она запела: «Плоть-плоть-плоть! Плоть-плоть-плоть!» Чем дольше она пела, тем больше ее кости обрастали плотью. Так она напела себе волосы и зоркие глаза, и красивые полные руки. Напела себе лощинку между ногами, напела груди – такие длинные, чтобы ими можно было обернуться для тепла, и все остальное, что нужно женщине.

    Когда все у нее было на месте, она песней сняла со спящего мужчины одежду, забралась к нему в постель и тесно прижалась к нему. Она вернула обратно его сердце, гулкий бубен, и так они и проснулись – сплетясь телами, соединенные новой связью, доброй и прочной.

    Люди, которые не помнят, из-за чего с ней приключилась беда, говорят, что она ушла вместе с рыбаком, и их кормили досыта те существа, которых она знала, когда жила под водой. Люди говорят, что это чистая правда, а больше они ничего не знают.

    Смерть в доме любви.

    Неспособность вынести вид Женщины-Скелета и освободить ее от пут – вот что становится причиной краха многих любовных связей. Чтобы любить, нужно быть не только сильным, но и мудрым. Сила приходит от духа, а мудрость – от общения с Женщиной-Скелетом.

    Из этой сказки мы узнаем, что, если хочешь всю жизнь быть сытым, необходимо вступить в контакт с природой Жизни-Смерти-Жизни и развить взаимоотношения с ней. Тогда нам уже не придется на свой страх и риск ловить на крючок фантазии – умудренные опытом, мы будем знать: чтобы образовался истинный союз, необходимы и смерти, и удивительные рождения. Встречаясь лицом к лицу с Женщиной-Скелетом, мы узнаем, что чувство невозможно получить извне: это нечто такое, что периодически рождается в душе и выходит наружу. Женщина Скелет показывает нам, что только совместная жизнь, преодолевающая все подъемы и спады, все начала и концы, создает ни с чем несравнимую преданную любовь.

    В западной культуре исконный характер природы Смерти привыкли прикрывать разнообразными теориями и учениями, пока он не оказался разъединенным со своей второй половиной, Жизнью. В результате неверного обучения мы усвоили половинчатый образ одного из важнейших и глубочайших аспектов дикой природы. Нас учили, что за смертью следует только смерть. Но это совсем не так. Смерть всегда порождает новую жизнь, даже если от нее осталась только кучка костей.

    Вместо того чтобы рассматривать архетипы Жизни и Смерти как противоположности, их нужно воспринимать вместе, как левую и правую стороны одной мысли. Правильно говорят, что у одного любовного союза много концов. И все же где-то в тонких слоях существа, которое возникает, когда двое любят друг друга, есть и сердце, и дыхание. И когда одна сторона сердца опустошается, другая наполняется. Когда одно дыхание затихает, другое начинается.

    Если люди верят, что сила Жизни-Смерти-Жизни не имеет продолжения после смерти, то не удивительно, что многие боятся определенности. Их пугает даже один-единственный конец. Они не в силах перейти с веранды во внутренние помещения. Они пугливы, поскольку ощущают, что в столовой дома любви сидит Госпожа Смерть, постукивая ногой, складывая и раскладывая перчатки. Перед ней список: в одной колонке то, что живет, в другой – то, что умирает. Она намеревается подвести итог. Ее цель – соблюсти равновесие.

    Во многих современных культурах архетип силы Жизни-Смерти-Жизни воспринимают совершенно неверно. Некоторые уже не понимают, что Госпожа Смерть олицетворяет важнейший принцип творения. Благодаря ее милостивым трудам возобновляется жизнь. В фольклоре многих народов женские образы смерти обычно наделены наводящими ужас чертами: она ходит с серпом и «пожинает» не чующих опасности людей.

    Однако в других культурах, например у индусов и майя, сохранивших учения о колесе жизни и смерти, Госпожа Смерть обнимает тех, кто уже умирает, облегчая муки, принося утешение. В curanderisma говорится, что это она переворачивает плод в материнской утробе головкой вперед, чтобы он мог родиться, она направляет руки повитухи, открывающие приток молока к материнской груди, она утешает всех страждущих в одиночестве. Те, кто знает ее полный цикл, не станет ее чернить, а поклонится ее величию и усвоит ее уроки.

    С точки зрения архетипа, природа Жизни-Смерти-Жизни является основным компонентом инстинктивной природы. В фольклоре народов мира ее олицетворяют такие персонажи как Dama del Muerte, Госпожа Смерть, как Коатликуэ, Хель, Берхта, Гуань-Инь, Баба Яга, Дама в Белом, сострадательная Ночная Красавица и три женщины, которых древние греки называли Граи (старухи). Сказки изобилуют следами олицетворений древней богини-создательницы от Баньши в колеснице из ночного облака до La Llorona, женщины, плачущей у реки; от черного ангела, который, погладив женщину концом своего крыла, повергает ее в экстаз, до болотных огней, появляющихся как знак неминуемой смерти.

    Наше понимание природы Жизни-Смерти-Жизни изрядно омрачено страхом смерти, поэтому наша способность следовать циклам этой природы очень слаба.

    Силы Жизни-Смерти-Жизни – это часть нашей собственной природы, часть сокровенной власти, которая знает шаги, знает танец Жизни и Смерти. Она состоит из тех наших аспектов, которые знают, когда чему-то можно, следует и должно родиться и когда надлежит умереть. Она – мудрый учитель, если только мы способны следовать ее темпу. Росарио Кастелланос, мексиканский мистик и поэт, так пишет об этом смирении перед силами, управляющими жизнью и смертью:

    . dadme la muerte que me falta.
    . дай мне смерть, которая мне необходима.

    Поэты понимают: не будь смерти, было бы нечего ценить. Не будь смерти, не было бы уроков, не было бы тьмы, в которой сверкают алмазы. В то время как посвященные не боятся Госпожи Смерти, культура часто подстрекает нас сбросить Женщину-Скелет на камни, и дело не только в том, что мы ее боимся, а еще и в том, что усваивать ее науку приходится слишком долго. Бездушный мир поощряет нас к поспешной суете, цель которой – найти тот единственный светильник, который, как нам кажется, сразу загорится и будет гореть вечно. Но чудо, которое мы ищем, требует времени: нужно время, чтобы его найти, и время, чтобы осуществить.

    Первые этапы любви.

    Случайно найденное сокровище.

    Во всех сказках есть материал, который можно воспринимать как зеркало, отражающее недуг или здоровье общества или внутренней жизни человека. Присутствуют в них и мифологические темы, которые можно понимать как описание стадий сохранения равновесия – во внутреннем мире и во внешнем, – и связанные с этим наставления.

    Таким образом, можно считать, что Женщина-Скелет олицетворяет движения отдельно взятой души, но я считаю, что эта сказка приобретает наибольшую ценность, если понимать ее как последовательность из 7 задач, выполняя которые, одна душа учится искренне и глубоко любить другую. Вот они:

    1) Увидеть в другом человеке духовное сокровище, даже если поначалу не понимаешь, что именно нашел.

    2) Дальше в большинстве любовных связей наступает пора, когда один убегает, а другой преследует, пора надежд и страхов для обеих сторон.

    3) Потом следует этап распутывания и понимания присутствующих в любовной связи аспектов Жизни-Смерти-Жизни и развития сострадания к этой задаче.

    4) Потом – этап доверия, позволяющего расслабиться, обрести покой в присутствии и благодати другого.

    5) Вслед за ним – пора, когда двое делят и грядущие мечты, и былые печали, и это знаменует начало исцеления застарелых ран, связанных с любовью.

    6) Далее идет обращение к сердцу, чтобы воспеть новую жизнь.

    7) Наконец, слияние – телесное и духовное.

    Первую задачу– найти сокровище – можно встретить в десятках сказок всех народов мира, где герой ловит какого-то обитателя подводного мира. Когда по ходу действия это случается, мы всегда знаем, что вскоре начнется яростная схватка между тем, что живет в верхнем мире, и тем, что живет или удерживается в нижнем. В этой сказке добыча превосходит все ожидания рыбака. «Должно быть, попалась большая рыба», – думает он, оборачиваясь, чтобы взять сачок.

    Он еще не знает, что выловил самое ужасное из сокровищ, что вытаскивает на поверхность большее, чем способен вынести. Он не знает, что ему придется с ним поладить и предстоит пройти испытание, проверку всех своих способностей. И, что еще хуже, он не знает, что не знает. Именно таковы поначалу все влюбленные: слепы как кроты.

    Люди, не знающие лучшего способа, склонны подходить к любви так же, как рыбак в сказке подходит к своему промыслу: «Хорошо бы заполучить добычу побольше, которая будет долго меня кормить, радовать, облегчать мне жизнь, которой я смогу хвастаться перед теми рыбаками, которые остались дома!»

    Это естественный ход мыслей простодушного или изголодавшегося рыбака. Для очень юных, непосвященных, голодных или страждущих характерно желание приобрести ценности, главная из которых – найти и завоевать трофей. Очень юные искренне не ведают, чего ищут, голодные ищут пропитание, а страждущие – утешение, которое искупит прошлые потери. И всем суждено обрести сокровище, которое на них «свалится».

    Если человека сопровождают великие силы души – в данном случае это женщина «Жизнь-Смерть-Жизнь», – то он безусловно получит больше того, за чем охотится. Поэтому мы часто обманываемся, думая, будто благодаря любовной связи, работе или деньгам получаем доступ к сокровенной природе, и надеемся, что она будет долго нас питать. Нам не хочется больше ничего делать. По правде сказать, бывают даже такие времена, когда нам хотелось бы кормиться, не прилагая никаких усилий. Мы знаем, что в действительности ничего по-настоящему ценного таким образом не получишь. И все равно хочется.

    Легко мечтать о совершенной любви и ничего не делать – это как наркоз, от которого можно никогда не очнуться, если только не ухватиться изо всех сил за что-то ценное, но пока недоступное нашему пониманию. Для простодушных и страждущих чудо души заключается в том, что ты все равно случайно наткнешься на сокровище, даже если относишься к нему равнодушно или презрительно, если не собирался, не надеялся или не хотел его находить, если считаешь себя недостойным или неготовым. И тогда тебе предстоит душевный труд – не проглядеть находку, узнать в ней сокровище, как бы необычно она ни выглядела, и хорошенько подумать, что с ней делать.

    С точки зрения символики архетипа, мотив, который движет рыбаком, в чем-то схож с мотивом охотника – они оба олицетворяют в том числе и тот психологический элемент человека, который стремится к знанию, стремится, сливаясь с инстинктивной природой, питать свою самость. В сказках, как и в жизни, охотник и рыбак начинают свой поиск, используя один из трех подходов: священный, коварный или неумелый. В сказке о Женщине-Скелете рыбак скорее неумел. Его нельзя назвать коварным, но и священного подхода или намерения у него нет.

    Порой влюбленные начинают точно так же. Когда отношения между ними только завязываются, они хотят ощутить всего-навсего легкое возбуждение или получить легкий антидепрессант под названием «скоротаем ночку вместе». Сами того не сознавая, они вторгаются в часть не только собственной души, но и чужой – в ту часть, где обитает Женщина-Скелет. Хотя их «Я» могут охотиться только за приключением, для Женщины-Скелета это душевное пространство священно. Если мы закинем крючок в эти воды, то выудим ее наверняка.

    Рыбак думает, что добывает себе пропитание, а на самом деле вытаскивает на поверхность всю стихийную женскую природу, забытую природу Жизни-Смерти-Жизни. Ее нельзя проглядеть, ибо Царица Смерть появляется всякий раз, когда начинается новая жизнь. И когда это происходит даже на миг, люди замирают в страхе и благоговении.

    В мотиве, открывающем повествование, – картине женщины, лежащей на дне океана, – Женщина-Скелет имеет сходство с Седной, воплощением Жизни-Смерти-Жизни из мифологии эскимосов. Седна – великая и страшная богиня-создательница, живущая в загробном мире инуитов. Отец Седны выбросил ее за борт каяка за то, что она, в отличие от других послушных дочерей племени, сбежала с псом. Отец Седны, как и отец из сказки «Безрукая девица», отрубил ей руки. Ее пальцы и кисти опустились на дно морское, где превратились в рыб, котиков и других животных, которые с тех пор стали пищей инуитов.

    То, что осталось от Седны, тоже опустилось на дно моря. Там она превратилась в скелет с длинными-предлинными волосами. У эскимосов есть ритуал: шаманы плывут к ней, приносят ей земную пищу, чтобы умилостивить грозного пса – ее мужа и охранителя. Расчесывая ее длинные-предлинные волосы, шаманы поют ей песню, в которой просят исцелить душу или тело живущего наверху человека, ибо она великая ангакок, колдунья. Она – великие северные врата Жизни и Смерти.

    Женщину-Скелет, которая много веков пролежала под водой, можно также понимать как силу Жизни-Смерти-Жизни, которую не использовали, которой злоупотребляли. В своей воскресшей к жизни ипостаси она направляет интуитивные и эмоциональные способности на завершение циклов рождений и кончин, горестей и праздников. Она – та, кто видит суть. Она может сказать, когда для места, вещи, действия, группы или отношений приходит время умереть. Этот дар, это психологическое чутье, ждет тех, кто вернет ее к сознанию, кого-то полюбив.

    Какая-то часть каждой женщины и каждого мужчины отказывается знать, что в каждом любовном союзе Смерть имеет свою долю. Мы притворяемся, что способны любить, не дав умереть своим иллюзиям относительно любви, притворяемся, что можем идти вперед, не дожидаясь, пока умрут наши пустые ожидания, притворяемся, что у нас что-то получится и что так любимые нами взлеты и высоты не умрут никогда. Но в любви буквально все рассыпается в прах – все. Эго не хочет, чтобы это произошло. Тем не менее, так должно быть, и человека, чья природа глубока и дика, такая задача неизменно привлекает.

    Что же умирает? Умирают иллюзии, умирают ожидания, алчное стремление заполучить все, иметь только красивое – все это умирает. Ведь любовь всегда вызывает спуск в природу Смерти, поэтому понятно, почему, чтобы принять такое решение, необходимы изрядное самообладание и душевная сила. Когда решаешься на любовь, решаешься и на то, чтобы воскресить к жизни сущность Женщины-Скелета и ее учений.

    Рыбак в этой сказке далеко не сразу понимает природу своей добычи. Поначалу так бывает со всеми. Трудно понять, что делаешь, когда ведешь промысел в бессознательном. Если ты неопытен, то не знаешь, что там, в глубине, обитает природа Смерти. А когда обнаруживаешь, с чем имеешь дело, то первое желание – выбросить это обратно. Мы уподобляемся тем отцам из мифов, которые выбрасывают своих диких, непокорных дочерей из каяка прямо в море.

    Мы знаем, что отношения часто разлаживаются, когда переходят от стадии предвкушения к стадии, когда мы своими глазами видим, что висит на конце крючка. Это справедливо для отношений между матерью и ее полуторагодовалым ребенком, и между родителями и детьми-подростками, и между друзьями, и между теми, кто влюблен на всю жизнь или совсем ненадолго. Отношения, которые начались так замечательно, начинают давать сбои, буксовать, а иногда и вовсе разлаживаются, когда заканчивается этап безоглядной влюбленности. Тогда на смену фантазиям приходят отношения, требующие более серьезной отдачи, и приходится призвать на помощь всю свою мудрость и умение.

    Лежащая на дне Женщина-Скелет олицетворяет пассивную разновидность подспудной инстинктивной жизни, которой известно все про зарождение Жизни и про зарождение Смерти. Если влюбленные упорно стремятся к жизни, исполненной неистового веселья, вечного вихря удовольствий и других разновидностей мертвящей напряженности, если упорно стремятся к постоянному сексу типа Donner und Blitz, гром и молния, или к сплошным восторгам безо всяких усилий, они тем самым сбрасывают со скалы природу Жизни-Смерти-Жизни, и ей снова суждено кануть в пучину.

    Отказ допустить в любовную связь все циклы жизни и смерти приводит к отрыву природы Женщины-Скелета от ее душевной обители, и она тонет в море. Тогда любовный союз принимается всеми силами изображать безоблачное счастье: «Мы будем всегда веселиться, давай не грустить никогда». И душа такого союза исчезает в пучине, обреченная лежать на дне без чувств и без применения.

    Женщину-Скелет всегда сбрасывают со скалы, когда один из любящих или оба не могут ее вынести или понять. Ее сбрасывают со скалы, когда мы не понимаем всей важности преображающих циклов: когда и чему позволить умереть, уступив место другому. Если любящие не могут вынести этот процесс Жизни-Смерти-Жизни, они не смогут пронести свою любовь дальше через желания, диктуемые гормонами.

    Когда мы сбрасываем эту таинственную природу с утеса, это всегда превращает влюбленную женщину и душевную силу мужчины в скелет, лишенный подлинной любви и жизненных соков. Женщины часто проявляют живой интерес к биологическим и эмоциональным циклам, поэтому циклы жизни и смерти тоже находятся в центре их внимания. Поскольку новая жизнь едва ли возникнет прежде, чем угаснет то, что было раньше, влюбленным, которые стремятся во что бы то ни стало поддерживать отношения на пике страстей, предстоит стать свидетелями все большего омертвения их союза.

    Желание заставить любовь продолжаться только в ее наилучших проявлениях становится причиной гибели любви, и не случайно.

    Задача рыбака – вытерпеть Госпожу Смерть, ее объятия и ее циклы жизни и смерти. В отличие от других сказок, где обитателя подводного мира сначала ловят, а потом отпускают, и за это рыбаку даруется исполнение желания, Госпожа Смерть не собирается уходить, Госпожа Смерть не собирается милостиво исполнять желания. Она поднимается на поверхность, хотите вы этого или нет, потому что без нее не может быть подлинного знания жизни, а без такого знания не может быть ни верности, ни истинной любви и преданности.

    Любовь требует жертв. Она требует отваги. И еще, как мы увидим дальше, она требует пройти долгий путь.

    Снова и снова я наблюдаю у влюбленных – независимо от пола – один и тот же феномен. Это бывает примерно так: двое начинают танец, чтобы выяснить, захочется ли им полюбить друг друга. И вдруг случайно ловят на крючок Женщину-Скелет. Что-то в их отношениях начинает убывать и соскальзывает в энтропию. Чаще всего притупляется мучительная сладость сексуального возбуждения, или кто-то из двоих видит неприглядную сторону партнера, болезненную и увечную, или видит, что тот не такая уж завидная добыча, – здесь-то и выплывает на поверхность лысый череп с желтыми зубами.

    Кажется, что это очень страшное зрелище; однако это наилучшая возможность проявить отвагу и познать любовь. Любить – значит оставаться вместе. Это значит перейти из мира фантазий в мир, где любовь можно лелеять – лицо к лицу, кости к костям – питая ее преданностью. Любить – значит остаться, когда все в тебе кричит: «Беги!»

    Если любящие способны терпеть природу Жизни-Смерти-Жизни, если они способны понимать ее как непрерывность, как ночь, соединяющую два дня, как именно ту силу, которая создает любовь на всю жизнь, они способны вынести вид Женщины-Скелета в своем союзе. Тогда оба они становятся сильнее, оба получают импульс глубже понять два мира, в которых живут: мир земной и мир духа.

    У большинства людей первая встреча с Женщиной-Скелетом вызывает желание бежать со скоростью ветра и как можно дальше. Но даже это бегство есть часть процесса. Этот поступок свойствен человеку, только не нужно убегать далеко и навсегда.

    Бегство и преследование.

    В любовных делах природа Смерти имеет странное обыкновение выплывать на поверхность в тот момент, когда мы чувствуем, что одержали над возлюбленным верх, – так рыбак чувствует, что у него на крючке большая рыба. Именно тогда появляется природа Жизни-Смерти-Жизни и наводит на всех ужас. Именно тогда возникают новые домыслы о том, почему любовь не сможет, не станет и не должна «срабатывать» для обоих участников союза. Именно здесь происходят все попытки бегства, попытки стать невидимым. Невидимым для возлюбленного? Нет, невидимым для Женщины-Скелета. Вот откуда все попытки убежать и спрятаться. Но спрятаться, как мы видим, негде.

    Рациональная душа хочет выловить что-то глубокое, а выловив, испытывает такое потрясение, что едва может его пережить. Влюбленным кажется, что их что-то преследует. Иногда они думают, что преследователем является партнер, хотя на самом деле это Женщина-Скелет. Поначалу, когда мы учимся любить по-настоящему, нам многое бывает непонятно. Нам кажется, что нас преследуют другие, тогда как мы сами ловим на крючок Женщину-Скелет и поэтому не можем от нее убежать, а причина – наше намерение установить с другим человеком особые отношения. Каждый раз, когда рождается любовь, сила Жизни-Смерти-Жизни всплывает на поверхность. И так бывает всегда.

    И вот перед нами рыбак и Женщина-Скелет, связанные между собой. Ковыляя за перепуганным рыбаком, Женщина-Скелет начинает восстанавливать простейшие жизненные функции: ощутив голод, она подбирает вяленую рыбу и поедает ее. Потом, еще больше возвратившись к жизни, она утолит жажду слезой рыбака.

    Этот странный феномен мы наблюдаем во всех любовных делах: чем быстрее он бежит, тем неотступнее она следует по пятам. Когда один из любящих пытается освободиться, любовная связь, как это ни парадоксально, обретает все большую жизнь. И чем больше этой жизни, тем страшнее становится рыбаку. И чем дольше он бежит, тем больше жизни создается. Этот феномен – одна из главных трагикомедий жизни.

    Этап бегства и погони – это пора, когда влюбленные пытаются осознать свой страх перед присущими любви циклами Жизни-Смерти-Жизни. Они говорят: «Мне будет лучше с кем-нибудь другим», или «Я не хочу отказываться от_______» (вставить нужное слово), или «Я не хочу ничего менять», или «Не желаю видеть раны, ни свои, ни чужие», или «Я еще не готова», или «Не хочу меняться, пока не буду совершенно точно знать, как я буду выглядеть/чувствовать после».

    Это пора, когда все в голове путается, когда отчаянно стараешься скрыться, а сердце колотится не оттого, что любишь и любима, а от животного ужаса. Попасть в ловушку Госпожи Смерти – как это страшно! А встретить силу Жизни-Смерти-Жизни лицом к лицу страшно вдвойне!

    Некоторые ошибочно думают, что убегают от связи с любимым человеком. Ничего подобного. Они убегают не от любви и не от уз, накладываемых отношениями. Они стараются скрыться от таинственной силы Жизни-Смерти-Жизни. У психологов это называется страхом близости, страхом преданности. Но это только симптомы. А в глубине таится неверие и недоверие. Те, кто вечно убегает, страшатся по-настоящему жить в ладу с циклами дикой и целостной природы.

    Итак, здесь Женщина-Смерть преследует мужчину по воде, через границу бессознательного, на материк сознательного ума. Сознательная душа понимает, ЧТО поймала, и отчаянно пытается спастись бегством. В жизни мы постоянно занимаемся тем же самым. На поверхности появляется что-то страшное. Мы не обращаем внимания и продолжаем тянуть, думая, что это ценная добыча. Это добыча, но совсем не такая, как мы воображали. Это сокровище, которого нас, к несчастью, научили бояться. Поэтому мы стараемся убежать или выбросить свою находку, или же приукрасить ее и сделать из нее то, чем она не является. Но из этого ничего не получится. В конце-концов всем нам придется поцеловаться со страшилищем.

    То же самое происходит и в любви. Мы хотим только красот, а когда перед нами предстает страшилка, пугаемся. Мы отталкиваем Женщину-Скелет, но она не отступает. Мы бежать – она за нами. Она великий учитель, которого мы желали и сами заявляли об этом. «Нет-нет, хотим другого учителя!» – кричим мы, когда она приходит. И это плохо. Это учитель, которого получают все.

    Говорят: когда ученик готов, учитель приходит. Это значит, что внутренний учитель появляется, когда готова душа, а не эго. Этот учитель приходит по первому зову души – и слава Богу, – ведь эго никогда не будет окончательно готово. Если бы приход учителя зависел только от готовности эго, мы бы всю жизнь оставались без наставника. Нам повезло, потому что душа выражает свое желание независимо от постоянно меняющихся взглядов эго.

    Люди боятся, что, когда любовные отношения становятся запутанными и пугающими, это предвещает их близкий конец, но это не так. Поскольку ситуация связана с архетипом, а Женщина-Скелет выполняет роль судьбы, герою положено бежать, куда глаза глядят, Женщине-Смерти положено следовать за ним по пятам, постигающему науку любви положено нырнуть в свою хижину и, задыхаясь, думать, что он в безопасности. А Женщине-Скелету положено последовать за ним, прямо в его безопасную норку. Ему положено ее распутать, и так далее.

    В наше время желание влюбленных потянуть время можно сравнить с хижиной рыболова, где он ощущал себя в безопасности. Иногда этот страх перед встречей с природой смерти вырождается в стремление вымолить отсрочку, когда мы пытаемся сохранить только приятные стороны любви и не видеть Женщины-Скелета. Из этого никогда ничего не выходит.

    Тем влюбленным, которые не стремятся тянуть время, это причиняет колоссальное беспокойство, поскольку они хотят встретить Женщину-Скелет. Они себя воспитывают, укрепляют свой дух, они стараются уравновесить свои страхи. И вот, когда они готовы распутать эту тайну, когда один из двоих собирается ударить в бубен сердца и воспеть жизнь, другой кричит: «Нет, еще рано!» или «Нет, никогда!»

    Есть большая разница между потребностью в одиночестве и обновлении и желанием тянуть время, чтобы уклониться от неизбежного общения с Женщиной-Скелетом. Но такое общение, предполагающее обмен с природой Жизни-Смерти-Жизни и приятие ее, – это следующий шаг, ведущий к укреплению способности любить. Тот, кто его сделает, обретет неизбывное искусство любить. А тот, кто не сделает, останется ни с чем. Третьего не дано.

    Все заявления о неготовности, о том, что нужно подождать, вполне объяснимы, но ненадолго. Истина в том, что никогда не бывает полной готовности или времени, когда действительно пора. Как и при любом спуске в бессознательное, приходит время, когда просто надеешься на лучшее, набираешь побольше воздуха и прыгаешь в бездну. Не будь так, не было бы повода придумывать слова «героиня», «герой» или «отвага».

    Постичь природу Жизни-Смерти-Жизни – это работа, сделать которую необходимо. Если ее отложить, Женщина-Скелет скроется под водой, но только для того, чтобы снова и снова появляться и преследовать вас. Это ее задача. А ваша задача – учиться. Без этого не обойтись, если хочешь любить. Объять ее – это задача. Без трудной задачи не бывает преображения. Не решив задачу, не получишь подлинного чувства удовлетворения. Нетрудно любить приятное. Но, чтобы любить по-настоящему, нужно стать героем, способным превозмочь собственный страх.

    Разумеется, эту стадию бегства и преследования проходят очень многие. К несчастью, есть и такие, кто повторяют ее снова и снова.Для них вход в норку стал проторенной дорогой. Но те, кто хочет любить, следуют примеру рыбака. Они стараются разжечь огонь и взглянуть в лицо природе Жизни-Смерти-Жизни. Они созерцают то, чего страшатся и, как это ни парадоксально, на смену страху приходят убежденность и изумление.

    Освободить скелет.

    В сказке о Женщине-Скелете присутствует тема «испытание жениха». Чтобы пройти это испытание, женихи должны доказать серьезность своих намерений и наличие способностей – обычно это демонстрация наличия cojones или ovaries, позволяющих лицом к лицу встретиться с некоей могучей и устрашающей божественностью. Хотя здесь мы зовем ее природой Жизни-Смерти-Жизни, одни могут назвать ее аспектом Самости или духом Любви, другие – Богом или Благодатью, или духом энергии, или множеством других имен.

    Освободив Женщину-Скелет от пут, рыбак тем самым проявляет свое правильное намерение, способности и усиливающуюся связь с ней. Он смотрит на это беспорядочное нагромождение костей и видит в нем проблеск чего-то неведомого. Он бежал от нее, всхлипывая и задыхаясь, а теперь ему хочется ее коснуться. Она трогает его сердце самим фактом своего существования. Когда мы постигнем одиночество природы Жизни-Смерти-Жизни в своей душе, той природы, которую постоянно отбрасывают, хотя она ни в чем не виновата, – тогда, возможно, нас тоже тронет ее печальная участь.

    Если мы творим любовь, то, несмотря на все свои опасения и страхи, хотим освободить кости природы Смерти. Мы хотим увидеть, как это все выглядит целиком. Мы хотим коснуться некрасивого в себе и других. За этой задачей кроется хитрая проверка, которая исходит от Самости. Еще более отчетливо она присутствует в сказках, где красивое предстает безобразным, чтобы кого-то испытать.

    Если мы превосходим себя, стремясь коснуться того, что не обладает красотой, то бываем вознаграждены. Если же отвергаем некрасивое, то оказываемся отрезаны от истинной жизни и остаемся с носом.

    Некоторым бывает легче мыслить более высокими, более утонченными категориями, соприкасаться с тем, что делает нас лучше, чем соприкасаться с чем-то не очень приятным, помогать и содействовать ему. Более того, как мы видим из сказки, легко отвернуться от некрасивого и при этом ошибочно считать себя правым. Именно такая проблема любви встает при общении с Женщиной-Скелетом.

    Что значит «некрасивое»? Некрасиво наше неумение любить и злоупотребление любовью. Неприглядна наша неверность, непривлекательно наше чувство душевной обособленности, некрасивы наши психологические выверты, странности, непонимания и незрелые фантазии. Вдобавок в нашем обществе некрасивой считается природа Жизни-Смерти-Жизни, которая рождает, уничтожает, вынашивает и снова рождает.

    Освободить от пут Женщину-Скелет – значит понять эту принципиальную ошибку и исправить ее. Освободить Женщину-Скелет – значит понять, что любовь – не только мерцание свечей и прибыль. Освободить Женщину-Скелет – значит увидеть, что во тьме возрождения таится не только страх, но и надежда. Это бальзам для старых ран. Это значит изменить свой образ видения и бытия, чтобы они отражали богатство, а не скудость души.

    Стремясь любить, мы прикасаемся к древней и совсем не привлекательной костяной женщине, распутывая для себя смысл этой природы, приводя ее в порядок, давая ей возможность снова жить. Недостаточно вытащить бессознательное на поверхность или даже случайно притащить его к себе домой. Слишком долго бояться любви или презирать ее – значит тормозить ее развитие.

    Если распутать тайну Женщины-Скелета, это положит конец заклятию, то есть страху кончины, вечной смерти. С точки зрения архетипа – чтобы что-то распутать, необходимо миновать лабиринт, спуститься в подземный мир или туда, где все открывается в совершенно новом свете. Необходимо пройти процесс, который поначалу кажется запутанным, а в действительности является сложным рисунком обновления. В сказках ослабить повод, развязать узел, распустить и распутать – значит начать понимать нечто ранее недоступное, постичь, как им владеть и пользоваться, уподобиться мудрецу, знающей душе.

    Освобождая Женщину-Скелет от пут, рыбак узнает на собственном опыте, как устроены Жизнь и Смерть.

    Если же природа Жизни-Смерти-Жизни оказывается подавлена, то следствием всегда является нарушение либидо. И тогда любовь невозможна. Мы лежим под водой – всего лишь кости, колеблемые течением.

    Распутать эту природу – значит усвоить ее слабости, привычки, движения. Это значит усвоить циклы жизни и смерти, запомнить их и благодаря этому понять, что они как единое целое образуют единый организм, наподобие скелета.

    Страх – негодный предлог, чтобы отказаться от этой работы. Все мы боимся. В этом нет ничего нового. Если вы живы, вам свойственно бояться.

    Эго боится, что, впустив в свою жизнь природу Жизни-Смерти-Жизни, мы больше никогда не будем счастливы. А что, разве до сих пор мы были так уж абсолютно счастливы? Нет. Но низменное эго очень примитивно, оно как невоспитанное дитя, причем не такое уж беззаботно-счастливое. Оно скорее похоже на дитя, которое все время наблюдает: какой кусок самый большой, какая постель самая мягкая, какой любовник самый красивый?

    Если сравнить жизнь, определяемую душой, и жизнь, определяемую исключительно эго, то мы увидим три отличия первой: способность чувствовать и изучать новые пути, цепкость, позволяющую ехать по неровной дороге, и терпение, помогающее со временем научиться глубоко любить. Эго же имеет склонность и обыкновение уклоняться от учения. Терпение не относится к сильным сторонам эго. Постоянство в отношениях – не его конек. Поэтому наша любовь к другому исходит не из вечно изменчивого эго, а из дикой души.

    Выражаясь словами поэтессы Адрианы Рич, необходимо «дикое терпение», чтобы распутать кости, чтобы понять значение Госпожи Смерти и обрести цепкость, которая позволит остаться с ней. Было бы ошибкой думать, будто для того, чтобы все это осуществить, нужно быть мускулистым героем. Вовсе нет. Нужно иметь сердце, которое желало бы умирать и рождаться, умирать и рождаться все снова и снова.

    Освобождая от пут Женщину-Скелет, мы обнаруживаем, какая она древняя – старше, чем наши понятия о времени. Это она, Госпожа Смерть, которая соизмеряет энергию и расстояние, взвешивает время и либидо, сравнивает дух и выживание. Она размышляет, изучает, обдумывает, а потом решает: наделить их искрой-другой, раздуть в бушующий пожар, слегка притушить, засыпать или совсем заглушить. Она знает, что необходимо сделать. Она знает, когда пришла пора.

    Освобождая ее от пут, мы обретаем способность предчувствовать, что будет дальше, лучше понимать, как связаны между собой все аспекты природной души, что можем сделать мы сами. Распутать ее – значит обрести четкое знание себя и другого. Это значит усилить свою способность соблюдать фазы, проекты, периоды вынашивания, рождения и преображения безмятежно и как можно более благостно.

    Таким образом, ознакомившись с Женщиной-Скелетом и разобрав ее кости по порядку, влюбленный, прежде совершенно несведущий в любви, начинает смыслить в ней гораздо больше. Постигая ходы Жизни-Смерти-Жизни, учишься предугадывать циклы отношений: рост, следующий за остановкой, и убыль, следующую за изобилием.

    Тот, кто освободил Женщину-Скелет от пут, познал терпение, познал искусство ждать. Его не потрясет и не испугает оскудение, не собьет с толку плодоношение. Его потребность добиться, получить «сию минуту» преображается в более тонкое умение находить все грани отношений, наблюдая, как взаимодействуют их циклы. Он не боится общения с красотой свирепости, с красотой неведомого, с красотой некрасивого. И, познавая и используя все это, он становится подлинным диким любовником.

    Как учится этому мужчина? Как учатся этому все? Вступите в прямой диалог с природой Жизни-Смерти-Жизни, слушая ее внутренний голос, который исходит не от эго. Учитесь, задавая природе Жизни-Смерти-Жизни прямые вопросы о любви и умении любить, а потом выслушивая ее ответы. Постепенно мы учимся не поддаваться голосу из глубины сознания, который бубнит: «Это глупо. Я завязываю со всем этим». Мы учимся не обращать на него внимания и слушать то, что пробивается сквозь него. Учимся следовать советам, которые слышим, – всему тому, что приближает нас к чуткой осознанности, к преданной любви и ясному видению души.

    Полезно ежедневно заниматься медитативной практикой, снова и снова распутывая природу Жизни-Смерти-Жизни. Помогая себе распутывать природу Женщины-Скелета, рыбак снова и снова поет коротенькую песенку из одной строки. Мы не знаем, о чем он поет. Мы можем только догадываться. Когда мы станем распутывать эту природу, хорошо напевать что-нибудь вроде: «Чему мне сегодня отдать больше смерти, чтоб родить больше жизни? Что должно умереть? – ведь я это знаю, но не решаюсь позволить всему идти своим чередом. Что во мне должно умереть, чтобы я сумел полюбить? Какой некрасивости я боюсь? Какую пользу несет мне сегодня сила некрасивого? Что должно умереть сегодня? Что должно жить? Какой жизни я боюсь дать рождение? Если не сейчас, то когда?»

    Если мы будем петь эту песню сознания, пока не почувствуем жжение истины, то бросим пригоршню огня во тьму души, чтобы видеть, что делаем: что мы действительно делаем, а не хотели бы думать, что делаем, Так мы начинаем распутывать собственные чувства и понимать, почему любовь и жизнь необходимо прожить костями.

    Чтобы вынести вид Женщины-Скелета, не нужно брать на себя роль героя, не нужно вступать в вооруженную схватку, не нужно рисковать жизнью в диких краях. Нужно только захотеть ее распутать. Эта способность познать природу Жизни-Смерти-Жизни ожидает тех любящих, которые преодолевают этап бегства, преодолевают искушение обрести безопасность.

    Древние, которые искали это искусство жизни и смерти, называли его бесценной жемчужиной, несравненным сокровищем. Завладев нитями этих тайн и распутав их, вы обретете могучее знание Судьбы и Времени, срока каждой вещи, узнаете, что всему свое время, научитесь катиться с круглым и скользить по гладкому. И нет для любви знания более оберегающего, более благодатного, более укрепляющего, чем это.

    Вот что ожидает влюбленного, который сядет у огня с Женщиной-Скелетом, который будет созерцать ее и позволит, чтобы в его душе зародилось сочувствие к ней. Это ожидает тех, кто коснется ее некрасивости и нежно распутает ее природу, природу Жизни-Смерти-Жизни.

    Доверчивый сон.

    На этой стадии отношений любящий возвращается к состоянию невинности – к состоянию, в котором его все еще наполняют благоговением эмоциональные элементы, к состоянию, в котором он все еще полон желаний, надежд и мечтаний. Невинность отлична от наивности. В краях, откуда я родом, говорят: «Неведение – это когда ничего не знаешь и тянешься к добру, а невинность – когда все знаешь и все равно тянешься к добру».

    Давайте посмотрим, на чем мы остановились. Рыбак вытащил на поверхность природу Жизни-Смерти-Жизни. И невольно стал добычей, которую она «преследовала». Но вдобавок он сумел вынести ее вид, ощутил сострадание к ее жалкому состоянию и прикоснулся к ней. Все это приводит его к полному контакту с ней. Все это приводит его к преображению, к любви.

    Хотя метафора сна может обозначать беспамятство души, здесь она символизирует творение и обновление. Сон – символ возрождения. В мифах о творении души спят, пока происходит более или менее длительное преображение, ибо во сне мы воссоздаемся, обновляемся.

    Если бы вам довелось наблюдать самого огрубелого, самого жестокого и безжалостного человека на свете, когда он спит или только что проснулся, вы бы на миг увидели в нем незапятнанный детский дух, чистый и невинный. Во сне все мы снова возвращаемся к состоянию непорочности. Во сне мы создаемся заново. Мы выворачиваемся наизнанку и предстаем свежими и чистыми, как невинные младенцы.

    В это состояние невинности можно проникнуть, отбросив цинизм и самозащиту и вернувшись к тому состоянию удивления, которое можно увидеть у большинства очень юных и у многих глубоких стариков. Это умение смотреть глазами мудрого и любящего духа, а не глазами побитой собаки, загнанного зверя, раба своих страстей, озлобленного раненого человека. Невинность – это состояние, которое возобновляется, когда человек спит. К несчастью, вставая по утрам, многие сбрасывают его вместе с одеялом. Было бы куда лучше взять эту чуткую невинность с собой и прижать к себе для тепла.

    Пусть для того, чтобы впервые вернуться к этому состоянию, вам, быть может, придется содрать с себя годы выстраданных взглядов, десятилетия окаменевшей, тщательно возведенной защиты, но, раз вернувшись, вам уже больше не придется искать его, докапываться до него. Возврат к чуткой невинности – не такой уж труд, для этого не придется перетаскивать с места на место груды кирпичей. Ведь она стоит на месте достаточно долго, чтобы ее дух мог вас отыскать. Говорят: все, что вы ищете, само ищет вас; так что, если вы будете лежать неподвижно или сидеть неподвижно, она вас найдет. Она ждет вас уже давно. Когда она появится, не трогайтесь с места. Погодите. Поглядите, что будет дальше.

    Именно так нужно подходить к природе Смерти – не с хитростью и коварством, а с духом, исполненным доверия. Слово «невинный» часто используют, имея в виду человека несмышленого или простодушного. Но по сути своей оно подразумевает неподверженность вреду или ущербу. В испанском языке слово inocente используют применительно к человеку, который старается не причинять вреда другим и к тому же способен исправить любой вред или ущерб, который нанесли ему.

    La inocente – этим именем часто называют курандеру, целительницу, ту, что избавляет других от нанесенного им ущерба или вреда. Невинность означает также умение ясно видеть ситуацию и исправлять ее. Вот какие могучие принципы кроются в основе невинности. Считается, что это не только стремление не причинять вред другим и себе, но и способность врачевать и восстанавливать себя и других. Подумайте об этом. Какой это дар всем циклам любви.

    С помощью этой метафоры невинного сна рыбак проникается к природе Жизни-Смерти-Жизни таким доверием, что способен отдохнуть и обрести новую жизнь в ее присутствии. Он вступает в фазу перехода, которая приведет его к более глубокому пониманию, на более высокую ступень зрелости. Входя в это состояние, влюбленные покоряются силам собственной души, тем, что обладают верой, доверием и глубокой невинностью. Влюбленный верит, что в этом духовном сне в нем свершатся душевные труды, что все будет происходить наилучшим образом. Такой влюбленный спит сном мудрости, а не сном осторожности. Бывает истинная осторожность, когда опасность близка, и неоправданная осторожность, что коренится в старых ранах. Эта последняя заставляет мужчин и женщин быть обидчивыми и равнодушными, даже когда они хотели бы проявить любовь и нежность. Те, кто боится, что их проведут или загонят в угол, или те, кто снова и снова громогласно заявляет о своем желании быть свободным, – это люди, которые позволяют золоту ускользать сквозь пальцы.

    Сколько раз я слышала, как мужчина говорит, что у него есть «хорошая женщина», которая в него влюблена, и он тоже в нее влюблен, но не может как следует расслабиться, чтобы понять, как он действительно к ней относится. Поворотным моментом для такого человека станет тот миг, когда он позволит себе любить «вопреки» – вопреки своим мукам, вопреки нервозности, вопреки старым ранам, вопреки страху перед неизвестным.

    Бывает, что нет слов, которые могли бы нас подбодрить. Бывает, что нужно просто сделать прыжок. В жизни мужчины должно наступить такое время, когда он доверяется направлению, в котором ведет его любовь, когда он больше боится застрять в каком-нибудь пересохшем русле души, чем оказаться на изобильной, но неизведанной территории. Если слишком себя сдерживать, может получиться так, что и сдерживать почти нечего.

    На этой стадии невинности рыбак возвращается к состоянию юной души, ведь во сне он не ведает страха и воспоминаний о том, кем он был вчера или того раньше. Во сне он не стремится занять какое-то место или положение. Во сне он переживает обновление.

    В мужской душе обитает некое существо – не изведавший ран мужчина, который верит в добро, который не сомневается в жизни, который не только мудр, но и не боится смерти. Кто-то назовет его воином, но это неверно. Это дух самости, причем юный дух, который продолжает любить, несмотря на муки, раны и гонения, потому что для него это своеобразное самоисцеление, самоврачевание.

    Женщины подтвердят, что порой видят в мужчине проблески этого существа, которое он сам не осознает. Способность этого юного духа привлекать целительную силу для развития собственной души настолько поразительна, что может удивить любого. Его доверие – не следствие того, что возлюбленная не намерена причинить ему боль. Он верит, что любая нанесенная ему рана заживет, что за старой жизнью последует новая. Верит, что во всем есть сокровенный смысл, что незначительные на первый взгляд события не бессмысленны, что все в жизни – неладное и нескладное, звенящее и парящее – все можно использовать в качестве жизненной энергии.

    И еще нужно отметить, что порой, по мере того как мужчина становится все свободнее и все ближе к Женщине-Скелету, его возлюбленная становится все боязливее, и ей приходится самой приниматься за работу, связанную с распутыванием, наблюдением, сном, который возвращает невинность, умением доверять природе Жизни-Смерти-Жизни. Когда оба пройдут полное посвящение, они вдвоем будут обладать способностью исцелить любую рану, перенести любую боль.

    Порой человек боится расслабиться в присутствии любимого человека, боится вернуться к душевной невинности или боится, что тот его обманет. Такие люди переносят на других всевозможные мотивы и просто-напросто не доверяют себе. Объект их недоверия – не возлюбленные, а природа Жизни-Смерти-Жизни, с которой они еще не справились. Именно этой природе Смерти им необходимо довериться. Как и во сне, природа Жизни-Смерти-Жизни в своей самой дикой ипостаси так же проста, как легкий выдох (конец) и вдох (начало). Там, где кончается одно, начинается другое – вот то единственное знание, которому необходимо довериться.

    Как же это сделать? Если повезет, мы просто расслабимся и соскользнем в это доверие, поддавшись его притяжению. Более трудный способ – силой ввергнуть себя в доверчивое состояние ума, заставить себя отбросить все условия, все «если» и «только». Однако, как правило, нет смысла ждать, пока мы ощутим в себе достаточно силы, чтобы довериться, ибо этот день не придет никогда. А потому давайте попытаем счастья: а вдруг все то, чему нас учит общество о природе Жизни-Смерти-Жизни неверно, а наши инстинкты верны?

    Чтобы любовь цвела, ваш партнер должен верить: все, что бы ни случилось, обладает способностью к преображению. Мужчина или женщина – каждый должен позволить себе войти в то состояние сна, которое возвращает нас к мудрой невинности, которое создает и воссоздает, как ему и подобает, глубинные пласты опыта Жизни-Смерти-Жизни.

    Уронить слезу.

    Пока рыбак спит, из уголка его глаза вытекает слеза. Женщина-Скелет видит ее, ощущает жажду и неуклюже подползает к спящему, чтобы напиться из чаши его глаза. Что же такое он увидел во сне? – спрашиваем мы себя. Что смогло стать причиной этой слезы?

    Слезы обладают творческой силой. В мифах плач влечет за собой огромные свершения и воссоединение сердец. В фольклоре знахарей слезы служат связью, которая скрепляет порядок элементов, объединение помыслов, союз душ. В сказках слезы разбрасывают, чтобы отпугнуть разбойников или вызвать разливы рек, разбрызгивают, желая вызвать духов, поливают ими тело, чтобы исцелить раны и вернуть зрение, прикасаются к ним, чтобы зачать.

    Когда в общении с природой Жизни-Смерти-Жизни человек доходит до этой черты, слеза, которую он роняет, это слеза, в которой смешались страсть и сострадание – к себе и другому. Такую слезу выплакать труднее всего, особенно для мужчин и тех женщин, которых называют железными.

    Такую слезу страсти и сострадания мы чаще всего роняем после того, как случайно наткнемся на сокровище, после жестокой погони, после освобождения от пут, ибо именно сочетание всего этого приводит к изнеможению, к падению защиты, к встрече с самим собой, к обнажению до костей, к желанию обрести знание и облегчение для себя и другого. Это заставляет душу заглянуть в то, чего душа поистине желает, и оплакать утрату и любовь обоих.

    С той же неизбежностью, с какой Женщина-Скелет оказалась на поверхности, теперь на поверхность выходит эта слеза, это таящееся в мужчине чувство. Она – наказ любить себя и другого. Теперь, сбросив с себя все колючки, иглы и шипы мира яви, мужчина привлекает Женщину-Скелет на свое ложе и дает ей испить свое глубочайшее чувство. В этой своей новой ипостаси он способен утолить жажду другого.

    Плач мужчины вызвал ее дух: над теплой слезой собираются мысли и силы с окраин мира души. История символа воды как творческой силы, как пути, длинна и разнообразна. Весна приходит ливнем слез. Путь в загробный мир проходит через водопад слез. Услышав плач, сердечный человек усматривает в нем призыв подойти поближе. Итак, рыбак плачет, и Женщина-Скелет действительно подбирается поближе. Не будь этой слезы, она так и осталась бы кучкой костей. Не будь этой слезы, он так и не пробудился бы к любви.

    Слеза выкатывается у спящего в тот миг, когда будущий влюбленный находит в себе мудрость и силы обнаружить и перевязать собственные раны, когда он позволяет себе осознать саморазрушение, которым занимался из-за потери веры в свои добрые качества, когда он чувствует свою отрезанность от питающего и животворящего цикла природы Жизни-Смерти-Жизни. И он плачет, ибо ощущает одиночество, острую тоску по этому месту в душе, по этому первозданному знанию.

    Так происходит исцеление мужчины, рост его понимания. Он сам берется за изготовление лекарств, сам берет на себя труд выкормить вычеркнутого из жизни другого. Слезы делают его творцом.

    Мало любить другого, мало не быть помехой в его жизни. Мало быть отзывчивым, приходить на помощь и все такое прочее. Цель в том, чтобы стать сведущим в том, что касается обычаев жизни и смерти, – как в своей собственной жизни, так и в целом. И единственный способ стать знающим – пройти выучку у костей Женщины-Скелета. Она ждет сигнала глубокого чувства, той единственной слезы, которая скажет: «Я смиряюсь с раной».

    Это смирение питает природу Жизни-Смерти-Жизни, приводит к созданию связи и зарождению в мужчине глубокого знания. Все мы ошибались, думая, будто кто-то другой может стать для нас целителем, вдохновителем, наполнителем. Для понимания, что это не так, должно пройти немало времени, главным образом потому, что мы проецируем свою рану наружу, вместо того чтобы исцелять ее внутри.

    Наверное, женщина больше всего хочет от мужчины, чтобы он рассеял свои проекции и взглянул на свою рану. Когда он видит ее, слезы приходят сами, и его верность внешнему и внутреннему обретает ясность и силу. Он становится собственным целителем, он больше не тоскует по глубинной Самости. Он больше не просит, чтобы женщина стала его болеутоляющим.

    Все это прекрасно описано в одной истории. В греческой мифологии есть персонаж по имени Филоктет. Говорят, он унаследовал волшебный лук и стрелы Геракла. В бою Филоктет был ранен в ногу.* (* По другой версии – его ужалила змея.) Рана его не заживала; она источала такое зловоние, а сам Филоктет так ужасно стенал от боли, что спутники оставили его на острове Лемнос – бросили умирать. Филоктет едва не умер от голода, но ему порой удавалось подстрелить из Гераклова лука мелкую дичь. Рана гноилась и зловоние становилось все ужаснее, так что любой мореплаватель, оказавшись поблизости от острова, сразу менял курс. И вот несколько греков решились стерпеть дух Филоктетовой раны, чтобы похитить у него волшебные лук и стрелы.

    Они кинули жребий, и эта задача выпала самому младшему. Старшие товарищи убеждали его поспешить и отправиться в путь под покровом ночи. Юноша поднял парус. Но вместе с запахом моря ветер принес и другой – такой ужасный, что путнику, чтобы дышать, пришлось обвязать лицо намоченным в морской воде платком. Однако ничто не могло заглушить жуткие крики Филоктета.

    Луна зашла за тучи. Вот и хорошо, думал юноша, причалив к берегу и подползая к измученному Филоктету. Но едва он коснулся драгоценного лука и стрел, как луна внезапно озарила изможденное лицо умирающего. И что-то – юноша сам не понял, что именно, – тронуло его до слез. Им овладело сострадание и милосердие.

    Вместо того чтобы похитить лук и стрелы, юноша промыл раны Филоктета и остался с ним. Он кормил его, купал, разводил огонь и оставался с несчастным до тех пор, пока не смог доставить его в Трою, где его исцелил полубог, врачеватель Асклепий. На этом история заканчивается.

    Слеза сострадания падает как отклик на созерцание зловонной раны. У каждого человека эта зловонная рана имеет свой облик и свой источник. Для одного это означает всю жизнь карабкаться в гору, сантиметр за сантиметром, чтобы в итоге убедиться, что это не та гора. Для другого это нерешенные и неисцеленные проблемы жестокого обращения в детстве. Для третьего – сокрушительное поражение в жизни или в любви.

    Юноша потерпел неудачу в первой любви и, не получив ни у кого помощи, так и не сумел оправиться от разочарования. Прошли годы, а он так и остался сломленным, хотя и утверждал, что эта история его совершенно не задела. Молодой человек только что добился приема в профессиональную футбольную команду. И получил случайную травму ноги, которая навсегда вывела его из строя. Так мечта его жизни в одночасье развеялась в прах. Для него зловонной раной стала не только трагедия, не только увечье: в течение двадцати лет единственными лекарствами, которые он прикладывал к ране, были горечь, злоупотребление наркотиками и пьянство. Если мужчина страдает от такой раны, это можно определить по запаху. Такую рану не исцелит ни женщина, ни любовь, ни забота – только сострадание к себе, только внимание к собственному израненному сознанию.

    Если мужчина выплакивает слезу, это значит, что он нашел свою боль и познает ее, прикасаясь к больному месту. Он понимает, что из-за раны всю жизнь осторожничал. Понимает, что именно упустил в жизни по этой причине. Понимает, насколько калечит свою любовь к жизни, к себе самому, к другому человеку.

    В сказках слезы изменяют людей, напоминают им о важном и спасают их Душу. Только черствое сердце может противиться плачу и слиянию. Есть одно суфийское изречение, которое я перевела много лет назад. Это молитва к Богу с просьбой разбить сердце: «Разрушь мое сердце, чтобы освободилось место для безграничной любви».

    Внутреннее чувство нежности, которое побуждает рыбака освободить Женщину-Скелет от пут, позволяет ему ощутить и другие забытые стремления, возродить сострадание к себе. Поскольку он пребывает в состоянии невинности, т. е. считает, что все возможно, он не боится высказать свои задушевные желания. Он не боится хотеть, ибо уверен, что его желание исполнится. Для него большое облегчение верить, что его душа обретет удовлетворение. Когда рыбак выплакивает свое истинное чувство, воссоединение с природой Жизни-Смерти-Жизни продолжается.

    Слезы рыбака притягивают к нему Женщину-Скелет, вызывают у нее жажду, заставляют искать большей близости. Как и в волшебных сказках, слезы могут притягивать к нам вещи, могут исправлять, приносить недостающую часть или фрагмент. В африканской сказке «Золотые водопады» колдун укрывает беглую девушку-рабыню: он выплакивает столько слез, что они образуют водопад, под которым прячется беглянка. В африканской сказке «Стук костей» души умерших целителей вызывают, орошая землю детскими слезами. Нам снова и снова напоминают о силе этого великого чувства. В слезах есть притягательная сила, а в каждой слезинке – яркие образы, которые указывают нам путь. Слезы не только выражают чувство, но еще и являются линзами, благодаря которым мы обретаем новое видение, новую точку зрения.

    В этой сказке рыбак позволяет своему сердцу разбиться – но не разрушиться, а раскрыться. Ему нужна не любовь к la teta, матери-кормилице, не корыстная любовь, не любовь к власти, славе или сексу. Это любовь, которая нисходит на него, любовь, которую он всегда носил в себе, но никогда не узнавал.

    По мере того как мужчина постигает эту связь, душа его укореняется все глубже и очевиднее. Набегает слеза. Женщина-Скелет пьет. Теперь в нем должно возникнуть и родиться что-то еще, нечто такое, чем он сможет поделиться с ней, – просторное, необъятное сердце.

    Экономика

    19 марта был опубликованы макроэкономические показатели России за февраль. Особое внимание привлекли цифры доходности от розничной торговли: по сравнению с тем же периодом прошлого года они снизились на 7,7%, что намного ниже рыночного прогноза (5,8%). Стало очевидно, что темпы роста российской экономики серьезно замедлились.

    Во второй половине прошлого года розничный показатель был выше на один процент по сравнению с тем же периодом прошлого года, однако в декабре произошел обвал рубля, ускорилась инфляция, что отразилось на резком росте спроса. Это привело к росту доходов от розничной торговли на 5,3%.

    В период новогодних каникул и Рождества (в России 7 января) потребительские расходы находятся на своем пике. При этом, если рассмотреть банковские вклады, становится понятно, что многие сняли деньги со счетов, чтобы использовать их на потребительские нужды.

    В январе и феврале этого года произошла снижение зарплат, в результате чего сократилась покупательная способность населения.

    Улица, по которой можно определить состояние российской экономики

    До опубликования макроэкономических показателей я находился в Москве. Я отправился на Старый Арбат, расположенный в центре Москвы, чтобы рассмотреть состояние «уличной экономики». Это очень известная улица, она есть в любом путеводителе. В будние дни там собирается много молодежи, приехавшей из провинции. Там находятся не только магазины сувениров, но и кафе, рестораны, а также точки быстрого питания.

    Сначала я пошел в гамбургерную Shake Shack, которая открылась в декабре 2020 года. Это элитный нью-йоркский ресторан, где подают гамбургеры. В январе этого года он привлек внимание Японии тем, что разместил свои акции на Нью-Йоркской фондовой бирже. Раньше на этом месте был Starbucks.

    Я пришел в ресторан в 14 часов. Он был заполнен примерно на 20%. Тишина.

    И это не просто так. В McDonalds «Биг Мак» стоит 100 рублей. В Shake Shack «Shake-бургер», рекомендуемый заведением, стоит 205 рублей. Если заказать гамбургер с двойной котлетой, похожий на «Биг Мак», то цена составит 345 рублей. Вряд ли такие дорогие гамбургеры будут хорошо продаваться в кризисной период.

    Тем не менее через 20 минут ресторан стал заполняться. В 15 часов, когда я собрался уходить, он заполнился почти на 80%. Большинство клиентов — студенты. Возможно, они зашли после занятий поговорить или посидеть в интернете за чаем или гамбургером.

    В Shake Shack продается вино и пиво, но днем их никто не заказывал.

    Как вам Johnny Rockets, представляющий Америку 50-х?

    В октябре 2020 года в торговых центрах открылось два ресторана этой сети. Могут ли большинство россиян позволить себе пойти в такой шикарный ресторан?

    Безусловно, по сравнению с докризисным периодом россияне затянули пояса потуже. Об этом можно судить по тому, что не у всех иностранных точек быстрого питания дела идут хорошо.

    Первый американский ресторан Johnny Rockets открылся на Старом Арбате в апреле 2020 года. Темой этого ресторана, который есть не только в США, но и в других странах, является Америка 50-х годов. Главные блюда там —гамбургеры и шейки.

    У меня есть знакомый в менеджменте этой компании, поэтому когда в Москве открылся ресторан, я написал ему: «Куда подул ветер, если в Токио ресторан закрылся, но появился в Москве?!».

    Когда я подошел к ресторану, мне показалось, что он выглядит немного по-другому. Тоже что-то в стиле американской закусочной 50-х, но, как оказалось, это уже ресторан совсем другой сети — Beverly Hills Diner.

    Кстати, напротив был ресторан Wendy’s, но летом 2020 года он тоже закрылся. Во время открытия ресторана три года назад у них был инцидент с рекламой: русская девушка, одетая для рекламы как Венди, выглядела слишком сексуально. Тогда головной офис пожаловался на то, что это портит имидж ресторана.

    При этом нельзя сказать, что по причине конфликта между Россией и западными странами вокруг ситуации на Украине или из-за ухудшения российской экономической обстановки зарубежные сети лишь закрывают свои рестораны.

    В России расширяется не только Shake Shack. Количество ресторанов увеличивают и такие хорошо известные и в Японии сети, как Burger King или Subway. Как же обстоят дела у McDonalds, который был на российском рынке первопроходцем?

    McDonalds после приостановки работы

    В своей статье Нобуо Сугахара (Nobuo Sugahara) подробно рассказал о приостановке деятельности McDonalds летом прошлого года.

    СМИ Японии также широко освещали эту тему, поэтому, я думаю, что читатели хорошо помнят сложившуюся ситуацию. Однако мы ничего не писали о том, что случилось с сетью дальше.

    Я посетил не все московские рестораны McDonalds. Первое заведение (оно открылось во времена СССР) возобновило работу осенью прошлого года.

    Для россиян McDonalds наряду с Кока-колой ассоциируется с американской пищевой культурой. При этом националистические партии и депутаты часто озвучивают призывы к изгнании этих брендов из России.

    Комментируя эти высказывания, бывший министр финансов России Алексей Кудрин высказал трезвое мнение: «85% сырья для McDonalds поставляют 160 российских компаний. 75% ингредиентов для Кока-колы также производится в России. Изгнание этих предприятий с российского рынка способно вызвать лишь рост безработицы».

    По всей России в McDonalds работает более 40 тысяч человек. В день рестораны посещает более миллиона человек. Видя эти цифры, Кремль не может не согласиться с мнением Кудрина.

    Следует обратить внимание на тот факт, что сам McDonalds никак не реагирует на подобные выпады.

    В настоящее время в России существует 490 ресторанов McDonalds. В интервью, данном в конце января 2020 года, глава McDonalds в РФ и Центральной Европе заявил, что в 2020 году в России было открыто 73 ресторана, что на три заведения превышает запланированную цифру. В 2020 году будет открыто еще 50 ресторанов. Общая сумма инвестиций составит шесть миллиардов рублей.

    Кстати, насколько далеко продвинулась сеть на восток?

    Настанет день, когда McDonalds появится во Владивостоке

    На сайте McDonalds указано, что самый восточный город, где есть рестораны, — это Новосибирск (три ресторана). Я прочитал статью о том, что в 2020 году рестораны появятся в Омске и Кемерово.

    Раньше я думал, что это невозможно, но, по всей видимости, в скором времени McDonalds откроется и во Владивостоке.

    На севере это, конечно же, Мурманск. Также меня удивило, что рестораны этой сети есть и в таких сибирских городах, как Архангельск, Сыктывкар и Сургут.

    Несмотря на это, McDonalds признал, что в 2020 году впервые за 24 года работы на российском рынке доход увеличился только на однозначное число. Причина — замедление темпов развития российской экономики, а также приостановка работы. Тем не менее компания уверена в том, что в 2020 году прибыль удастся увеличить благодаря появлению новых ресторанов, а также обновлению существующих точек.

    В Японии и США у McDonalds много проблем. В России же компания пережила хаос 90-х (инфляция превышала 2000%), финансовый кризис 1998 года и банкротство американского банка Lehman Brothers в 2008 году. Я думаю, японским компаниям тут есть чему поучиться.

    Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

    «Нельзя из позиции делать профессию»»

    В гостях у Академии журналистики ИД «Коммерсантъ» побывал Андрей Макаревич. Тема лекции, с которой выступил музыкант перед тем, как ответить на вопросы слушателей Академии, была посвящена красоте, золотому сечению и, как ни странно, музыке. Предлагаем вам остановиться на этом.

    Андрей Макаревич: И себе, и другим сложно объяснить значение слов и понятий, которыми оперируем ежедневно. Отсюда возникает огромное количество совершенно бессмысленных споров. Что такое любовь? Один говорит – это биохимическая реакция организма, в результате которой выделяются феромоны, которые привлекают особь противоположного пола; другой говорит, любовь – это когда тебя целуют и небо открывается, и ты самый счастливый человек на свете. Оба правы. И оба говорят о совершенно разных вещах. Поэтому этот разговор слепого с глухим.

    Я первым делом лезу в словарь, чтобы для себя выяснить, определилось ли человечество с данным понятием. Что такое красота? А что такое любовь? Пока мы не найдем какого-то рационального начала, мы не сможем объяснить это слово, потому что эмоции у всех разные. Я полез в словари, и оказалось, что в большей части словарей слово «красота» отсутствует. Тут я офигел совершенно. Например, у Даля, с которого я начинал, есть «краса». Но краса, понятно, женская. Сейчас еще бывает мужская. Но «красоты» нет, а «краса» — это довольно суженное понятие красоты. У Ожегова это звучит так: «Красота — это то, что производит художественное впечатление». Хорошо объяснил, я сразу все понял, что такое красота, что такое художественное впечатление заодно. Самое невероятное определение я нашел в Большом энциклопедическом словаре. Оказывается, красота — это специальный научный термин, который определяет количество базонов в постоянном магнитном поле. Т.е. в этом узком смысле слово «красота» присутствует, а в другом нет. Тут я понял, что надо как-то с этим разбираться. Вообще для себя я красоту определяю как присутствие божественного в человеческом. Хотя это тоже ничего не объясняет.

    Мне страшно повезло, потому что мой отец был совершенно гениальный рисовальщик, и в силу стесненных жизненных обстоятельств мы с ним жили в одной комнате — я с детских лет смотрел, как он рисует. Мне просто было деваться некуда. Потом он как бы невзначай стал меня привлекать к этому делу. Он говорил, что опаздывает, что надо сдавать проект — «помоги, закрась вот эту плоскость». И я с чувством дикой ответственности брал кисточку и, высунув язык, ему помогал, совершенно не понимая, что это он меня просто натаскивает на какие-то элементарные вещи. Вообще говоря, по другому научить видеть красоту нельзя. Никакая теория здесь не поможет. Отец не мог провести некрасивые линии, что совершенно удивительно. И я до сих по не знаю, сколько здесь генетического, а сколько здесь усердия, школы и труда. Процентное соотношение для меня совершенно загадочное. Когда он читал лекции для первокурсников архитектурного института, где все студенты были очень важные от того, что поступили, что они все гениальные, так как конкурс-то был большой. Он собирал их на лекцию, ставил две точки на доске на расстоянии чуть больше метра и соединял их молниеносно идеальной прямой. И говорил, ну, давайте, кто повторит? Никто, конечно, не мог этого сделать даже рядом. Гениальность слетала, как шелуха.

    Вы замечали, что во всех сувенирных лавках мира — неважно, Гонконга, Нью-Йорка, Лондона, Парижа, Москвы или Питера — продаются сувенирчики, которые, такое ощущение, все сделаны на одной фабрике. Т.е. степень прекрасного в них очень четко выверена. Они не перебарщивают с этим делом. Меня это поражало. Потому что именно это и продается, потому что именно это и есть среднестатистический уровень человечества в смысле понимания и ощущения красоты. Немножко блестит и чуть-чуть напоминает. А матрешка или Эйфелева башня — это не важно.

    Взрослого человека переубедить невозможно. У меня есть товарищ из Днепропетровска, он великий изобретатель. У него несколько патентов, он незаурядный человек, но он любит группу «Ласковый май». Боюсь, что вы уже не знаете, что это такое в силу вашего возраста. И когда я пытался поставить ему голову на место, он говорил: а мне нравится. И я понимал, что все, аргументы исчерпаны, я ничего не могу ему сказать, он получает от этого удовольствие. А почему ему это нравится? Потому что, когда он это услышал, когда это запало на его матрицу, ему никто не объяснил, что такое хорошо, а что такое плохо. У ребенка, мне кажется, эти чакры открыты от года и, наверное, до 5 лет. Дальше у него уже появляются свои представления о мире, свои убеждения. И дальше будет труднее и труднее… а потом он начнет на уровне подсознания, а то и сознания, воевать с миром взрослых, и обучить его чему-либо будет еще сложнее. Ребенок рождается абсолютно чистым, как белый лист. Вот, например, маленькие дети видят существ из другого мира. И я их видел. Потом появляется бабушка и говорит — да ты что, не бывает такого. И ребенок их перестает видеть. Потому что бабушка сказала, что их не бывает. Точно так же происходит с представлением о красоте. Ребенку дают книжку и говорят – смотри какие красивые картинки. Дай бог, если эту книжку оформлял Конашевич — тогда это действительно хорошо. А если Пупкин, то у ребенка в руках просто яркая книжка. И все. И у человека это будет любимое эстетическое воспоминание о детстве. И он будет всю жизнь вешать на стену у себя дома чудовищные картинки. Мне казалось, что если человек разбирается в театре, кино, читает серьезную литературу, то у него не может висеть на стене плохая картинка. Еще как! Оказывается, в одном он видит, а тут у него бум — пробел. Он этого не знает, а другие не хотят его огорчать. Так и жизнь проходит.

    Если говорить о том, что безусловно в смысле красоты, то, это, наверное, прежде всего природа. Во всяком случае я еще не видел ни одного человека, который бросился бы доказывать, что закат или рассвет над морем — это не красиво. Значит, каким-то образом Всевышний нам открывает глаза.

    Если мы будем разбирать работы великих (а великие — это те, кто наиболее признан человечеством при всей широте отношений к тому, что мы называем искусством), мы там найдем золотое сечение. Вы ведь все знаете, что это такое? Мне не хочется опускаться до уровня ликбеза. А тем не менее, я знаю, что люди кивают головой с важным видом, а на самом деле не очень знают, что такое золотое сечение. Вообще, открыл его Эвклид. Но он его открыл как математическую величину, которая к искусству отношения не имела. А вот потом спустя 1000 лет Леонардо да Винчи обнаружил, что во всем прекрасном, во всем живом эта пропорция присутствует. В любом кузнечике, в любом живом создании, в любом дереве, в листе можно найти это золотое сечение. Почему так происходит, мы не знаем. Почему природа пользуется именно этим соотношением, когда она создает свои творения? Это соотношение единицы к 1, 618, т.е. грубо говоря, если разделить отрезок прямой в этом соотношении, то большая часть будет относиться к целому отрезку так же, как меньшая – к большей, и дальше можно эту штуку продолжать до бесконечности. Мы найдем золотое сечение в работах великих людей эпохи Возрождения. И не потому, что они брали линейку и отмеряли. А потому что, я думаю, это все наоборот как раз. Вот это соотношение, которое вызывает у человека состояние гармонии, покоя, равновесия. Обратного эффекта эта штука, правда, не имеет. Ты можешь сколько угодно исчеркать холст золотыми сечениями, картины не получится. Интересно, что, казалось бы, красота в изобразительном искусстве более объяснима чем, скажем, красота в музыке. Потому что музыка — это вообще набор абстрактных звуков. Вот тут оказалось ровно наоборот. Во всяком случае я сам сделал открытие, которое меня поразило своей простотой. И я удивлен, что никому это не приходило в голову. Например, композитор Кабалевский много занимался с детьми-музыкантами. Он восхищался тем, что маленький ребенок безошибочно говорит – это грустная мелодия, это веселая мелодия. А почему, объяснить не может, но никогда не ошибается. Все оказалось смешно. Если мы запишем человеческую речь, а потом посмотрим ее на мониторе эквалайзера, мы увидим, что это не прямая линия — мы разговариваем интонациями. Мы поднимаем, опускаем наш голос, мы практически поем, разговаривая. Так вот, когда мы говорим о грустном, у нас в интонации присутствует малая терция. Т.е. это то, что определяет грустную мелодию. Когда мы говорим о возвышенном и веселом, у нас присутствуют кварты, квинты. Половина гимнов земного шара начинается с кварты, потому что нет ничего торжественнее кварты. Когда говоришь «Вставай!», это кварта, которая звучит в твоей интонации. Так вот мелодия – это разговор со стеной. Тот, кто жил в блочном доме хрущевской поры знает, что очень хорошо слышно, что за стеной говорят, а что говорят, не слышно. Слова не разбираешь, но отлично понимаешь, ругаются они или милуются, или смеются, или смотрят телевизор. Интонация проходит. Вот это и есть музыка. Музыка — это есть человеческая интонация, лишенная информации. А информацию мы уже накладываем свою. И это есть переживание. Удивительно, что в восточных языках, где язык более тональный и по другим принципам устроен, и музыка точно такая же, совершенно другая — она в интонации повторяет восточный язык. Но вернемся все-таки к изобразительному искусству: что произошло в конце 19 века? В общем, произошел слом всего, случилась техническая революция, благодаря которой любое искусство, музыка, изобразительное искусство и литература стали доступны широким слоям общества. До этого, надо сказать, искусство столетиями было достоянием тончайшей прослойки, для которой это искусство делалось, развивалось, покупалось, коллекционировалось. Строились музеи, а 95% людей жили в малограмотности и не сильно богато. У них было свое искусство, которое мы называем народным, этникой. Это искусство, которое передается от поколения к поколению — от бабушки к внучке — поэтому оно гораздо более консервативно. В нем не происходило культурных революций. И поразительно, что есть совпадения, которые никто не может объяснить. aОдна моя подруга из Архангельска делала в Русском музее выставку северного русского народного искусства — тканые настенные коврики. Выставку хотели закрыть с аргументом — зачем вы нам выставляете американское народное искусство. А дело в том, что совпадение невероятное — и в языке символов, и в цвете, и в стилистике. Я бы еще понял, если бы совпадали, скажем, индейские вещи с нашими якутскими вещами. Но как они попали из Архангельска и Мурманска в Америку или наоборот. География, история нам не рассказывают. Уже практически перед войной в 1941 году специальная комиссия поехала в Архангельскую область, чтобы отучить русских северных бабушек вязать свастику. Свастика — это мужской знак, это солнце. А лягушечка такая — это женский знак. Так вот комиссия потерпела поражение. Бабки говорили: так руки сами вяжут. Они совершенно не думали, как это делается, их так бабушка научила. Но народное искусство, несмотря на то, что оно сегодня живет в заповедниках и превращается в китч, оно все-таки существует по своим законам, и они незыблемы. А в искусстве светском, скажем так, несколько раз происходили взрывы. Надо сказать, что греки за каких-то 400 столетий, а население их было чуть больше, чем Чертаново, сумели придумать все, чем человечество пользуется до сих пор. Все основы искусства, философию, театр, поэзию. До нас не дошла их музыка, но я уверен, что у них была потрясающая музыка, потому что не может быть при всем остальном музыка некрасивой. Архитектура невероятная, которая вернулась через 1000 лет в эпоху Возрождения и вернулась повторно в 30-ые года 19 века как очередное утверждение империи. Нам в кино показывают греческие храмы и статуи безупречно белыми, мраморными. Мало кто знает, что они были раскрашены, как пряники. Они были невероятно пестрыми – красными, зелеными, желтыми, синими. Так как у нас на севере любили, кстати. Греческие статуи были с нарисованными глазами, с раскрашенными одеждами. Это все напоминало музей мадам Тюссо и выглядело, как я подозреваю, отвратительно – на наш сегодняшний вкус. По нашему сегодняшнему представлению мрамор, который сам светится, который почти прозрачный, который имеет свой рисунок, и скульптор этот рисунок сумел подхватить, гораздо ближе к красоте, чем размалеванное чучело. В эпоху Возрождения, когда археологи все это дело раскопали, то красочки на этих вещах уже не осталось. Они стали любить просто мраморную скульптуру. И слава тебе, Господи.

    Конец 19 века. Начало двадцатого. Возникает «Черный квадрат» Малевича. Малевич был не простой, он их сразу штук 11 нарисовал на всякий случай. Это произошло, на мой взгляд, потому что изобразительное мастерство дошло до верхний своей планки. Все понимали, что лучше, чем Рафаэль, де Ла Тур, лучше, чем Голландцы, никто владеть кистью уже не будет. Значит, что надо сделать? Значит, надо это разрушить. То же самое случилось с панк-музыкой. Если мы не можем петь лучше чем Битлы, значит, мы все это сломаем. Ломать не строить. У Даля в определении слова «искусство» было два понятия. Первое – искусство как … я не помню дословно, создание художественного произведения, приближение к божественному. А второе: искусство – это степень ремесла. Не надо теперь владеть рукой, нужно создать концепцию. Главное – это идея, искусство рождается в твоей голове, а воплотить это можно какими угодно средствами. Я не согласен с таким подходом к искусству. Я за то, чтобы цвели все цветы, и я совершенно не принижаю великих художников современного актуального искусства, которых, к счастью, не много. Я просто хочу, чтобы мы остались в какой-то чистоте определений. Мы понимаем, что «Форд» — это машина и «Мерседес» — это машина. А «Зингер» — это не машина, а швейная машинка. Вот давайте договоримся, чтобы не было путаницы. Давайте будем называть современное искусство словом перформанс, инсталляция, как-нибудь еще. А искусством мы будем называть то, что искусством считалось на протяжении столетий и тысячелетий. Не получается. Потому что все галерейщики, все искусствоведы прекрасно понимают: как только убрать слово «искусство», сразу один, а то и два нолика от цены придется убрать. И кому же это интересно. Да и художнику это не очень интересно. Удивительно, что вплоть до появления импрессионистов, которые сегодня тоже уже стали классикой, вот тот флер гениальности на художниках совершенно отсутствует. Т.е. второе понимание значения слова «искусство» преобладало. Художник был ремесленник, просто очень хороший. И у хорошего художника картинки стоили дороже. Продавались они в зависимости от размера, на площадь. Большая картинка подороже, маленькая подешевле. Все было очень просто. А когда люди стали рисовать черные и красные квадраты, необходимо же было еще как-то доказать, что ты гениален. Потому что так-то и дурак квадрат нарисует. Нет, ты идею донеси. Поэтому сначала речь шла о гениальности, а потом уже продавался квадратик за 3 млн. долларов. Я не против черных квадратов, но все должно иметь свою цену, на мой взгляд.

    Могу сказать, что все равно мы никогда не поймем, не переведем язык цифр в язык точного ощущения красоты. У меня есть замечательная американская книжка «Энциклопедия китча». Например, Венера Милосская: настоящая скульптура и Венера Милосская, которая продается где-то в современном магазине сувениров. И вот вроде одинаковые скульптуры, все то же самое, но чего-то не хватает, самого главного. Наверное, если отсканировать два изображения, проанализировать в компьютере, то мы найдем различия. Но для того, чтобы с уверенностью сказать, где квинтэссенция красоты спрятана, боюсь, этого будет недостаточно. У Краковского в книжке «День творения» главы перебивалась короткими притчами, а заканчивалась она такой притчей: жили были две сестры близняшки, и все у них было одинаковое: и волосы, и глаза, и рост, и голос. Только одна была красивая, а вторая нет. Поэтому люди, которые видели красоту, их различали, а все остальные путали. Вот, собственно, такая маленькая история, а теперь я хотел бы вас послушать, наверное. Потому что так будет интереснее.

    Андрей Колесников: Спасибо за эту историю. Хорошо, что хоть кто-то думает о том, что такое красота, что такое искусство. И не политизирует ничего. Но я вот слышал твою новую песню, там есть такая фраза: «Я видел дракона с тысячью пастей, имя которому власть».

    Андрей Макаревич: Мы живем в больное время. Я очень надеюсь, что оно скоро закончится. У всех головы съехали совершенно набекрень. И у антикоммунистов, и у коммунистов. Поэтому остается только о красоте говорить. А никому в голову не приходит, что власть всегда была драконом с тысячью пастей. И 2000 лет назад, и 1000 лет назад, и 20 лет назад.

    Андрей Колесников: Теперь позволим слушателям Академии журналистики задать свои вопросы Андрею Макаревичу. Пожалуйста.

    Многие исследователи утверждают, что эпоха 60-х была временем профессионалов. Сейчас все чаще люди, которых мы знаем как профессионалов в одной области, начинают заниматься другим делом, в котором они являются дилетантами. Какое развитие эта тенденция может получить, на ваш взгляд?
    Это была эпоха прекрасных дилетантов. Простите, но все великие группы, которые появились в 60-е годы, консерваторий не кончали. Это был абсолютно народный порыв: просто так получилось, что луч света упал на это время и в это место. Когда я снимал фильм про Битлов, меня поразило даже не то, что они из заштатного, замурзанного, портового, очень провинциального городка, а то, что они еще жили на расстоянии 100 метров друг от друга. То есть луч был очень узкий. И вот четыре гения оказались в этом круге. И именно потому, что в этом попсовом жанре, рок-н-ролле, встречались гениальные люди, который вообще гениев не предполагает, этот жанр перешел в категорию музыки, и это было как раз в конце 60-х. Рок-н-ролл развился бог знает во что: джаз-рок, психоделика, появился «Пинк-Флойд», Сантана, этно-рок, и все это расползлось и перестало бить в одну цель. Поскольку всегда гениальных людей меньше, чем хотелось бы, но в общем это все постепенно развивалось и постепенно умерло.

    А на сегодняшний день?

    Когда идет обращение к каким-то позавчерашним корням, это прежде всего говорит о полнейшем застое в дне сегодняшнем. Иначе было бы не до корней. Занимались бы сегодняшним с огромным удовольствием.

    Я, скорее, спрошу про другое, про тенденцию к тому, что профессиональные возможности нельзя принизить, вот, например, сейчас сатирики пишут исторические книги.
    На самом деле такое бывало и раньше. Просто сегодня коммуникация значительно проще. Я бы, например, и писателей, и композиторов, и художников обучал в архитектурном институте. И не удивительно, что во всем мире из архитектурных институтов вышло огромное количество музыкантов, писателей, и те же «Пинк-Флойд», и Фредди Меркьюри. У нас это Леша Козлов, Слава Бутусов, Петр Налич. Потому что законы пропорции, ритма и гармонии абсолютно едины и для музыки, и для литературы, и для живописи. Но когда тебе их преподают и объясняют в зримых образах, их гораздо легче понять и постичь, чем в абстрактных звуках, как, скажем, в музыке. То есть это просто более понятный путь для постижения каких-то ходов, и все.

    В начале двадцатого века появился не только «Черный квадрат» Малевича, но и джаз, которым вы в последнее время очень увлечены. Он в свое время тоже сломал все каноны музыкальной гармонии. Почему тогда джаз — искусство, а авангард в живописи – нет?
    Джаз возник как гибрид и африканской музыки, и музыки американских негров, это генетически блюзовая история соединения с белой музыкой. И вообще эта золотая джазовая эпоха поразительна: был отрезок времени, когда модно было писать красивые мелодии, делать красивые сложные аранжировки, когда в моде были прекрасные голоса. То есть в моде было все красивое. И джаз на протяжении нескольких десятилетий выполнял функцию, которую потом выполняла поп-музыка и рок-н-ролл. Это были клубы, дансинг-холлы, концертные залы. Большую часть произведений, которые были написаны тогда, играют до сих пор все музыканты мира. А прошло от 70 до 100 лет, это огромный срок для поп-музыки. Дальше на фоне всей этой красоты произошло совершенно необъяснимое: ПТУ-шники с электрогитарами, не умеющие ни петь, ни играть, начинают создавать что-то такое, роко-подобное, а еще и Пресли нет и в ранг искусства это не возведено. Битлами еще не пахнет. Я слушаю и понимаю, что все это очень плохо: гитары у них не строят, поют они какую-то ахинею, и только один очень мощный плюс – тебе кажется, что ты можешь точно так же: взять гитару, выйти на сцену, и быть как они, потому что они совершенно простые, и все девки твои. И вот эта штука сработала невероятным образом, она отодвинула искусство. И я совершенно поражен и очень удовлетворен тем, что увидел на джаз-фестивале в Сочи. Огромные фестивальные залы, Зимний театр набиты битком, играется серьезный джаз в исполнении музыкантов со всего мира, и слушатели понимают, что они слушают. А в Сочи, извините, не самый изысканный контингент отдыхающих, но слушают с удовольствием, аплодируют после соло, что говорит о том, что они понимают, что происходит, то есть джаз возвращается семимильными шагами, чему я очень рад. Почему? Потому что рок-н-ролла объелись, поп-музыки объелись, все, кончилась эта история на какой-то отрезок времени. Все, что там ни делается, это повтор. А джаз-то уже и подзабыли. Копнули, а как же там было красиво все! Ну и потом всегда на новом витке это немножко по-другому.

    Вы проявили себя во многих ипостасях. Вы музыкант, поэт, композитор, актер, художник, писатель, путешественник. В чем еще очень бы хотелось состояться? И не могли бы вы рассказать, как к вам попал Андрей Державин, и гармонично ли вписался в вашу компанию?

    На счет ипостасей: их могло бы быть чуть поменьше. В кино мне совершенно не обязательно было сниматься. Несмотря на то, что опыт это интересный. Я много полезного подсмотрел и теперь знаю, что и как изнутри. И если я, скажем, работаю как кинокомпозитор, мне гораздо проще.

    У меня нет задачи попробовать все на свете. Абсолютно. Уверяю вас. Что же касается Андрея Державина, я его знаю очень много лет. Еще когда он приехал в Москву с группой «Сталкер» — это была такая смешная штука. Они очень быстро покорили молодежь. Вообще он хороший музыкант и хороший малый. И то, что вы видели и слышали, — это далеко не все из того, что он умеет. Когда мы наконец расстались с Петей Подгородецким, потому что уже не было больше сил, то надо было срочно искать какую-то замену. Я хочу сказать, что это сегодня исполнительский уровень молодых музыкантов очень здорово вырос. Сейчас не проблема найти исполнителя, поставить ему ноты, и уже завтра он все сыграет. А 15 лет назад проблема была. Мы знали такого, такого, такого, мы посидели, подумали, а давай Андрюше Державину позвоним. И позвонили:

    — Хочешь в «Машину»?
    — Но я не могу так сразу, неприлично. Дайте мне один день на размышление.

    Сын ему сказал, что ты думаешь, это же круто. Ну и все. И никто из нас об этом не пожалел ни разу.

    В начале этого года в интервью белорусским СМИ вы говорили: «Кочевники привыкли гадить, потому что они не сидят на местах, они завтра едут дальше. Можно не заботиться о чистоте». Считаете ли вы правильным, будучи знаменитым общественным деятелем такой многонациональной страны, как Россия, делать такие заявления?
    Сейчас чего ни вякни, кого-нибудь обидишь. Я имел в виду те кочевые народы, которые естественным образом за собой не убирали, потому что земля была огромная и пустая, они перемещались с места на место. Я совсем не хотел обидеть ни великий татарский, ни великий монгольский народ. Я говорил о каких-то традициях, которые возникли благодаря соитию некоторому, перемешиванию татарского народа и русских племен. Только получилось так, что русские не кочевые. Поэтому они где живут, там это и делают. С этим еще долго бороться придется. После войны с Наполеоном пошел у нас стиль ампир, посмотрели, какие за границей красивые особнячки строят с колоннами, и тут же наши помещики стали строить такие дома, все снаружи было очень красиво, только там сортиров не было. Поэтому какать ходили под парадную лестницу все равно.

    Изменилась ли ваша мотивация, ваш двигатель, который заставляет вас писать песни раньше и сейчас?
    Абсолютно не изменилось. В какой-то момент ты получаешь информацию, что ты должен написать песню. Когда она появляется в голове, главное, этот момент не проворонить и успеть ее записать, потому что если немножко опоздаешь, она тут же и уйдет, и останутся какие-то обрывки фраз, которые соединять потом будет мучением. И такое тоже бывает. Как правило, это работа, которая происходит в подсознании, она идет постоянно, но я ею не руковожу.

    Недавно вы записали новую песню, где есть такие строчки: «Солнце с луной не менялись местами, Ночами не сделались дни, Но как же послушно стали глистами Бывшие братья мои», которая в очередной раз вызвала нападки на вас в прессе и в интернете. Скажите, это была сознательная провокация? И кого вы имели в виду ?
    Я вообще не занимаюсь провокациями, хотя песни пишу в полном сознании. Так что за каждое слово я там отвечаю. Если бы я хотел рассказать про кого-то лично, я бы написал песню про Ваню Иванова, но мне это неинтересно. Я считаю, что все взрослые мальчики и девочки, и каждый абсолютно осознанно поступает так, как считает нужным. Это их полное право. И если кто-то вдруг это примет на свой счет, значит, что-то у него внутри не в порядке, значит, где-то он сам с собой не согласен, вот и все.

    Недавно группа «Ундервуд» записала песню под названием «Крым», где есть такая строчка: «Скажи мне чей Крым, и я скажу, кто ты». Но почему-то группа не подвергается нападкам со стороны прогосударственных изданий. По вашему мнению, в чем секрет?
    Во-первых, я думаю, что мы живем в обществе с очень большой инерцией. Вот решили пинать вот этого, давайте, мы все будем пинать этого, пока он не сдохнет. Потом выберем кого-нибудь другого. «Ундервуд» не вошла в число пинаемых, поэтому их пинать не интересно. А вокруг того, кого пинают, все что угодно произойдет, и обязательно будет шум. Только и всего.

    У меня к вам вопрос как к москвичу. Мы сегодня говорили о красоте. Москва в последнее время очень преобразилась: появились пешеходные улицы, обустроили парки и модернизировали музеи. Сейчас уже некоторое время идут обсуждения по установлению памятника Владимиру. Скажите, считаете ли вы эти преобразования красивыми, и как вы относитесь к спорам по поводу места установления этого памятника?
    Начнем с того, что я не очень понимаю, зачем в Москве памятник Владимиру. Я понимаю, что наша власть пытается создать новую мифологию и на ее базе новую идеологию, но получается у нее это, как у всякой советской власти, коряво. Так что я не поклонник этого памятника, и вообще у нас ужасные памятники. Это трудно понять, пока не увидишь памятники в Европе, например. Потому что в Европе памятники делали большие художники, а советские власти всегда боялись больших художников. Художник изначально внутренне свободен, он будет предлагать свое видение, а нужен художник, который скажет — есть, товарищи! Эти художники, как правило, не очень талантливы. Поэтому в Москве у нас есть замечательный памятник Чехову, который чудом появился, мне кажется, в Камергерском переулке, и замечательный памятник Гоголю, который во дворике стоит — это, по-моему, памятник еще дореволюционный. Ну вот, пожалуй, и все. А остальные такие, что их только под кремлевской стеной надо ставить.

    Вы любите путешествовать и уже побывали во мноих уголках планеты. Куда вы собираетесь в ближайшее время?
    Я с друзьями отправлюсь на север Монголии через неделю. Это совершенно дикие места, практически граница пустыни Гоби, маршрут будет проходить мимо древних и частично заброшенных буддистских храмов, а еще часть маршрута у нас идет по реке на плоту. Маршрут мы прокладываем сами сначала по карте. Мы переписываемся: один парень живет в Америке, один в Киеве, остальные в Москве. Продумываем маршрут, потом ищем проводников. Надо сказать, что организационные дела — это дело самое хлопотное, в котором я, по счастью, не участвую. Но пока все получалось очень хорошо. А с Монголией трудно идет, у них свое представление о жизни. Посмотрим это на практике, будет окончательно понятно, насколько оно совпадает с нашим. Но надеюсь, что мы все вернемся.

    На меня произвел невероятное впечатление такой же поход в Бутан, потому что до недавнего времени это была совершенно закрытая территория, они вообще не пускали к себе иностранцев. Сейчас они пускают очень ограниченное число, берут за это большие деньги — ты должен в день платить за пребывание 200 долларов просто на развитие Бутана. При этом это совершенно потрясающий ни на что не похожий мир. У них, например, есть индекс счастья населения. Не знаю, по каким принципам они это дело вычисляют, но получается, что их население одно из самых счастливых в мире. И самое интересное, что это вообще похоже на правду, потому что они пребывают в какой-то благости, хотя живут крайне небогато, почти все мужчины монахи, женщины выращивают рис, но я ни разу не наблюдал, чтобы кто-то повысил голос или вообще строго посмотрел. И надо сказать, что к этому очень быстро привыкаешь и сам начинаешь так общаться. Через две недели возвращаешься в Москву и думаешь, что же все орут так? Что происходит? Там удивительный свой буддизм, довольно замкнутый. Потрясающая архитектура храмов, невероятная природа — я говорю сейчас пустые слова, потому что даже фотографии не передают ту атмосферу. И все это высоко в горах, поэтому воздух помимо того, что он очень чист, он еще и разрежен. И пребываешь от этого в легкой эйфории, ничего другого тебе не нужно. Дорога, которую построили, наверное, 20–30 лет назад, представляет собой серпантин: стена, заросшая какими-то доисторическими растениями, облака над головой — кажется, что ты в парке юрского периода и скоро выйдет динозавр. В некоторых местах край дороги осыпался, ни одной машины, естественно, нет, ты едешь через эти облака, периодически объезжая огромные глыбы, которые свалились на эту дорогу, и все время думаешь, этот камень упал 30 лет назад или 15 минут назад? Ни одного указателя, и наконец, когда добираешься наверх, видишь какую-то табличку, след человека, думаешь, гадаешь, что там написано? Может быть, «Осторожно, камнепад». Но нет, там написано: «Enjoy a beauty of nature».

    Альбер Камю писал: » Пока мне не жмут башмаки, я не могу творить». Вот советская власть для творческих людей была таким башмаком, которая сильно натирала ноги. Это больше помогало творческому процессу или мешало? И не жмут ли вам сейчас башмаки?
    Это все очень индивидуально. У меня это не слишком зависело от того, что происходит во внешнем мире. Когда мы были молодыми, мы в нашей битловской капсуле сидели 24 часа в сутки. Нас совершенно не интересовало, что происходит за ее пределами. Сейчас я не согласен с тенденцией, что художник должен быть голодным. Если художник будет голодным, в первую очередь он будет думать, как бы ему пожрать, а не как бы порисовать. Поэтому художник должен быть художником прежде всего, желательно, чтобы он не испытывал мук голода, это негуманно. Меня сильно расстраивает многое из того, что сегодня происходит в мире и в нашей стране, и я не могу сказать, что это мне помогает как человеку творческому что-то делать, скорее мешает. Я с большим удовольствием занимаюсь своей работой, когда я знаю, что за дверьми все хорошо и не о ком беспокоиться.

    Несколько лет назад вы выступали в составе блюзовой группы «Удачное приобретение», как музыкант. Насколько вам интересно работать в таком формате, то есть не будучи солистом и не в своем проекте?
    В одинаковой степени интересно и то, и другое. У меня есть несколько джазовых проектов, я просто как инструменталист сижу и играю на гитаре. Получаю дикое наслаждение, потому что имею возможность играть с очень сильными музыкантами. И я понимаю, что каждую секунду у них учусь.

    Как вы считаете, какая она, современная журналистика, надо ли ее спасать, или там уже спасать нечего?
    Здесь есть две вещи: во-первых, извините, никого не хочу обидеть, но надо в школе все-таки хорошо учиться грамотности. В ненавидимое мной советское время в центральных газетах грамматические ошибки были невозможны. Это было событием. А сегодня ошибки входят в норму. Что касается спасения журналистики, я думаю, что когда степень свободы высказывания журналиста ограничивается, когда появляется внутренний цензор, который до главного редактора ему говорит — слушай, а вот это не надо, говорит он сам себе, похлопывая себя по плечу, потому что это вычеркнут все равно, надо будет ерундой заполнять это пространство, ну, зачем же, давай сразу сделаем как надо. Вот так уходит мастерство. Понимаете? Джазовый музыкант, который пару лет поиграл в кабаке, может продолжать играть в кабаке. Потому что уходит звон, мастерство уходит.

    Скажите, что для вас рок? Только музыка или нечто большее, образ мыслей и состояние души?
    Я занимаюсь музыкой 46 с половиной лет, и я так и не нашел для себя определения, что такое рок. Потому что одни считают, что это когда громко играют на электрогитарах в черных кожаных проклепанных куртках. Другие считают, что рок это обязательно какие-то оппозиционные тексты, а когда я спрашиваю, а как же «Лед Зеппелин», они разводят руками. Я не знаю, что такое рок. В Америке были очень модными в 50–60 годы так называемые песни протеста. У нас это называлось бардовским искусством. Все зависит от того, в какой степени ты художник. И художник не бывает несвободным. Слушайте, профессиональные оппозиционеры — это еще хуже, чем профессиональные патриоты, нельзя из позиции делать профессию. Потому что мир меняется каждый день, каждую минуту, сегодня все ускоряется, происходят новые и новые события, ты просто должен не потерять способность трезво оценивать. И все. Если наш президент вдруг сделает что-то совершенно, с моей точки зрения, неожиданное и совпадающее с моим представлением о том, что надо делать, я ему буду аплодировать стоя. И мне плевать, что будут оппозиционеры про меня говорить. Но пока как-то не очень он это делает.

    Считаете ли вы себя верующим человеком?
    Я с огромным уважением отношусь к любой конфессии, но к большому сожалению, трактовки приобретают все более причудливую форму. Когда у нас Чаплин заявляет по радио, что русскому человеку нужна война, что он в покое киснет, я считаю, что его надо отлучать от церкви за такие слова. Слушайте, жрецы всегда старались быть поближе к царю, потому что это помогало им решать свои вопросы. К сожалению, при этом вера сильно деформировалась в угоду власти.

    Как вы относитесь к музыкальным фестивалям? Способны ли они сплотить народ, объединить? Или наоборот, на них приходят только развлечься и послушать музыку?
    Я в течение пяти лет был президентом фестиваля «Сотворение мира». Причем в данном контексте слово «мир» было именно антитезой войны. Мы искренне хотели показать всем, что когда музыканты из разных стран, несмотря на какие-то конфликты, происходящие в мире, собираются вместе и играют, это лучший пример для всего остального человечества. В первый год этого фестиваля у нас играла группа «Уайт флэг», участники которой живут в Голландии. Они не могут жить ни в Израиле, ни в арабских странах, потому что там половина арабов, а половина евреев, и их просто заклевали. На третий, по-моему, год как раз был грузино-абхазский конфликт, и мы начали фестиваль с того, что вышли грузинская и абхазская певицы и, обнявшись, вдвоем спели песню. Вот это, на мой взгляд, сегодня надо делать. А к нам сегодня украинские группы не едут, потому что не пускают. Все наоборот происходит, к сожалению.

    Сегодня мы говорили о красоте, о любви, а можно конференцию завершить рассказом о счастье? Что для вас счастье?
    Это гораздо проще. Для меня счастье – это когда ты что-то задумал, осуществил, и получилось даже лучше, чем ожидалось. Все.

    Лучшие брокеры БО с минимальным депозитом и бонусом за регистрацию:
    • Бинариум
      Бинариум

      Лидер на рынке! Надежный брокер бинарных опционов, идеальный для новичков! Даёт большой бонус за регистрацию:

Добавить комментарий